Любому руководителю знакомы эти депрессивные минуты: борьба с собой против нестерпимого желания взорваться, разгромить все вокруг, назвав своими именами. И ли теми, что приходят в голову в момент, когда перегруз ответственности, сомнений и локальных неудач создаёт иллюзию бессмысленности прежних усилий. Дальше двигается, как правило, тот, кто сдержался, досчитал до тридцати, принял успокоительное, подышал. Сбросил ящеровы импульсы до оборотов человеческого мышления. Выявил истинную проблему, а не «все дураки». Отряхнулся, пошёл вперёд. Но если босс и не стал рубить направо-налево, это вовсе не значит, что всё останется как прежде.

В непосредственной близости за муками менеджмента я наблюдал, когда в 23 года работал переводчиком у главного тренера «Зенита» Властимила Петржелы. Чеха позвали как специалиста, умеющего вливать командам свежую кровь, но его оценка вверенного коллектива вышла далеко за представления руководства клуба. Мысленно забраковав с ходу почти весь состав, тренер несколько месяцев требовал от него невозможного. В этих условиях кто-то «утонул» сразу, кто-то держался из последних сил, кому-то удалось пробить потолок возможностей и пойти дальше. Но это не отменило «революции» — в мае 2003-го Петржела, предварительно понаблюдав за играми азартного, но недооценённого прежде дубля, принял решение дать вольную питерским «мальчичкам», чем не только создал широкий простор для спортивного роста, но и вернул футбольные эмоции Петербургу. Болеть за своих — это радость. Болеть, когда своих на поле большинство, — счастье.

Уже после ухода Петржелы в 2006-м «Зенит» стал профессионально заниматься своей Академией, на то, чтобы из неё стали выходить востребованные российским футболом профессионалы, понадобились годы. При этом «Зенит» с тех пор так и не пережил больше ни одно го подобного «переливания крови» — время пришло другое, футбол стал макроэкономическим. Гонка бюджетов в нём не оставляла шанса рискам, связанным с терпением. Критиковать за это легко. А рискнули бы всем вы, даже осознавая иногда необходимость «маленького взрыва»?

Мне проще рассуждать о своём 10-летнем опыте руководителя небольшого спортивного медиа, известного с 2006 года как «Спорт день за днём». Как бы ни был велик соблазн «заморозиться» именно на той стадии развития, что привела тебя к заметным результатам в профессии, приходилось перестраиваться под давлением новых культур.

Спортивная журналистика — специфический уголок, её притягательность не определена никакими привычными представлениями о спокойствии и благополучии. Когда начинал я, в Петербурге это был почти элитный корпус, куда пришлось пробиваться через черновую работу и, как правило, нелюбимые задания. С течением времени узкая калитка разверзлась на ширину Синего моста, и в образовавшийся проём ринулись все желающие. Главное — чтобы желали, больше не требовалось ничего. Была ли это свежая кровь? Море. Через край.

Печатные издания в какой-то момент стали дорогим удовольствием, медиа (моё — не исключение) стали делать акцент на интернет. Чем меньше было востребованности в том, что нельзя вырубить топором, тем больше направление требовало специалистов по производству «быстрых углеводов». То есть лёгкого контента, который можно корректировать, убирать и снова ставить. Многие из тех, на кого я когда-то смотрел снизу вверх, не выдерживали конкуренции психологически, протестуя, вставая в оппозицию. Беличье колесо выплёвывало несогласных и неготовых, но в какой-то момент должно было разболтаться в оси и перестать выполнять какую -либо внятную функцию. Без тех, кто показался несовременным, развлекательная функция приелась, образовательная утратилась.

Недавно вернулся из Кемерово, где участвовал в форуме «Россия — спортивная держава», в некотором удивлении. От востребованности СМИ в спортивной отрасли. От потока просьб и предложений. «Раскрутить себя мы способны сами, а вот написать о нас так, как вы, не можем…» — говорили люди из регионов, уже реализующие собственные идеи, связанные с массовым, любительским и профессиональным спортом. Они просят то, что спортивные медиа в какой-то момент перестали давать, — компетентность. И тут вспомнились все чёрные депрессии, когда казалось, что ничего не получится, и лучше уже бросить этого парня с улицы, чем учить его писать. «Да, это мы можем», — легко отвечал я. Свежая кровь спортивным медиа нужна уже сейчас. Но она должна быть «умной» и адаптированной к спросу. И, конечно, её нужно беречь.

Фото: из личного архива колумниста