Одной из самых популярных парковых зон Санкт-Петербурга является Летний сад – ровесник города. На углу Невской и Хозяйственных аллей расположено двухэтажное кирпичное здание, выкрашенное в белый и охровый цвета.

Именно в эту скромную постройку, украшенную лишь лепными наличниками окон, рустами фасадов, живописными барельефами и флюгером в виде Георгия Победоносца на четырёхскатной крыше, триста десять лет назад заселился царь-реформатор Пётр I Великий и жил там каждое лето до своей кончины в 1725 году.

Летний дворец является одним из первых жилых зданий города, сохранивши свой первозданный внешний вид. Сегодня, 12 апреля, ему исполняется 310 лет.

Планы по обустройству летней царской резиденции, в чей ансамбль входит дворец, появились практически сразу после заложения города в 1703 году на недавно отвоёванных территориях Королевства Швеции. Строительство летнего сада началось в 1704 году и велось по плану самого царя, вдохновлённого голландской архитектурой после «Великого посольства». Именно этот период побудил Петра Первого привлечь к градостроительству лучших архитекторов Европы того времени. Планировка сада также сохранилась до нас в своём изначальном виде.

Первоначально летняя резиденция царя представляла собой деревянную постройку, расположенную на месте имения шведского майора Эриха Берндта фон Коноу.

Одержимость водной стихией и желание подплывать к своему дому на лодке обусловило Петра Великого в 1708 году поручить строителю Ивану Матвееву разобрать здание и перенести на мыс реки Невы, Безымянного ерика (ныне река Фонтанка) и небольшого искусственного гаванца, окружая будущий дворец с трёх сторон и предоставляя вход только с воды.

В одно время даже ходили гипотезы, что Пётр строил себе дом-корабль, представляя себя капитаном судна не только в море, но и на суше. Такой выбор территориального расположения Летнего дворца стал сложностью в возведении и эксплуатации деревянного дома, восприимчивого к влажности близ водоёмов.

В январе 1711 года Пётр I распоряжается перенести деревянное здание к Калинкину мосту, в нынешний Екатерингоф, и поручает начало строительства нового каменного дворца. Разработкой проекта занимался сам царь, в то время как известный архитектор Санкт-Петербурга Доменико Трезини вносил свои корректировки.

Исходя из архивных зарисовок плана будущего дворца, можно сделать вывод, что изначально здание имело стилистическое сходство с голландским палладианством, популярным в то время в Европе архитектурным стилем, однако, именно Трезини повлиял на решение в сохранении общегородской стилистической композиции и выбора для стройки именно стиль барокко.

Во время строительства были допущены ошибки в кладке фасадов дворца, что стало причиной несимметричного количества окон второго этажа на северном и южном фронте постройки: 9 и 8 окон, соответственно.

В апреле 1712 года Пётр Великий, постепенно перенося столицу из Москвы в Санкт-Петербург, въезжает в частично отстроенную летнюю резиденцию, предоставляя своей супруге Екатерине весь второй этаж дворца.

Строение не было рассчитано для пышных приёмов, оставаясь домом для царя и его семьи, что и было причиной выбора таких строгих и скромных форм. Несмотря на это, первоначальное отсутствие отличительных элементов декора, помимо наличников, побудило Петра в 1714 году поручить немецкому скульптору Андреасу Шлютеру перестройку Летнего дворца.

В архивных документах указано, что Шлютер дополнил фасад здания лепным фризом и двадцатью девятью терракотовыми барельефами, изображающими сюжеты античных мифов и легенд, в то же время являясь аллегориями на события Северной войны, на что намекают дополнительные элементы той эпохи, как например наличие русской галеры на барельефе «Аполлон и Дафна».

Помимо этого, Шлютер приложил руку к полной перепланировке внутреннего интерьера дворца, которую вернули к первоначальному виду уже в 1719 году под руководством Жан-Батиста Александра Леблона. Частое «исправление на ходу» было обыденностью для зданий, чьими постройками занимался сам будущий император.

Летний дворец стал одним из первых каменных жилых зданий Петербурга, на ряду с Меншиковским дворцом и домом Головкина. К тому же, в Нижней Поварне расположена раковина из чёрного мрамора, являющаяся частью системы водоснабжения начала XVIII века, а под зданием дворца сохранился кирпичный сводчатый тоннель, обеспечивающий действие проточно-промывной канализации, общей системы с фонтанами сада.

Сегодня мало кому известна история покушения на Петра Великого в Летнем дворце, рассказанная бывшим денщиком царя, графом Александром Борисовичем Бутурлиным мемуаристу Якобу Штелину.

После очередного совета министров в 1720 году в переднюю дворца пробрался один из раскольников, недовольный церковной реформой старообрядец, прячущий за пазухой в сумке нож. Уверенные движения раскольника, терпеливо ждавшего Петра в течении нескольких часов, не вызвали подозрения у денщиков и слуг царя, принявшего его за писца из коллегии. После окончания совета, злоумышленник проследовал за Петром, шедшим в свои покои, но обронил нож и на этом был пойман. О дальнейшей судьбе раскольника Штелин умалчивает.

После смерти императора Петра Первого в 1725 году, во время царствования Екатерины I, в Летнем дворце заседал Верховный тайный совет, являвшийся в то время фактически высшим органом власти.

К середине XVIII века дворец был запущен, а его жильцами были императорские белошвейки и прачки. Позже там проживали крупные сановники, такие как граф Милорадович, князь Горчаков и адмирал Голицын, используя дом Петра как летнюю дачу.

Дальнейшая история Летнего дворца представляет собой череду ремонтов, отделок и реставраций. В 1925 году дворец переходит под ведение Русского музея, а с 1934 года открывает свои двери для всех посетителей как историко-бытовой музей петровской эпохи.


Егор Борисов

Фото: rusmuseum.ru