Будучи музой художника красавица Саския была изображена молодым Рембрандтом в образе Данаи. Позируя, молодая Саския, наверное, даже вообразить не могла, что след, который она оставит в истории мировой живописи, будет не менее драматичен, чем её жизнь.

15 июня 1985 года в главном музее Санкт-Петербурга шёл самый обычный день. В зале фламандской и голландской живописи проходила очередная экскурсионная группа.

К «Данае» подошёл неприметный мужчина, ничем не отличающийся от основной массы посетителей, и… нанес два сквозных удара ножом по полотну, после чего трижды облил картину серной кислотой.

«Культурное преступление» было совершено 48-летним литовцем Бронюсом Майгисом. Виновник несколько раз называл разные причины содеянного. Изначально он заявлял свой акт вандализма как политическим протест. И действительно, существует распространенный слух о том, что, совершая свою атаку на «Данаю» Майгис кричал: «Свободу Литве!». Однако этот факт нигде не подтвержден документально.

Позже им заявлялось, что он всегда испытывал неприязнь к обнаженной натуре, которая является «образцом разврата». Эта версия может быть подтверждена тем, что в каморке Майгиса были найдены репродукции «Данаи» и других картин, находящихся в Москве. Оказалось, что у культурного преступника были подготовлены разные варианты проведения своей акции. Но всё решил билет на поезд в Ленинград.

Приехав в Ленинград, мужчина направился в вокзальный туалет, где привязал к ногам две металлические фляжки с серной кислотой и самодельные взрывные устройства. Банку с кислотой и нож спрятал в сумке. Малоизвестен тот факт, что одним из вариантов уничтожения картины, Майгис рассматривал подрыв. Решающую роль сыграло то, что в зале находилось ещё несколько человек, которые могли пострадать от взрыва, из-за чего Майгис решил не рисковать. Таким образом, можно даже сказать, что посетители «спасли» картину от полного уничтожения. Ведь если бы злоумышленнику удалось совершить задуманное, от картины бы не осталось ничего, кроме щепок от рамы.

Совершив акт нападения, Майгис не предпринимал попыток скрыться, при задержании не сопротивлялся. Позже им отмечалось, что его преступление не носит политического характера.

Атака на «Данаю» была для него знаком протеста. Дело в том, что длительное время Бронюс пытался добиться от медицинских работников назначения инвалидности, чтобы он мог официально не работать. Таким способом Майгис пытался привлечь внимание к своей проблеме.

Позже, по результатам судебной экспертизы, Майгис был признан невменяемым. Следователь отмечал, что, рассказывая о своем злодеянии, Бронюс был спокоен, не подавал признаков сожаления и не раскаивался.

Врачами был поставлен диагноз «вялотекущая шизофрения», после чего литовец был принудительно отправлен на лечение в психиатрическую больницу. В дальнейшем был депортирован на родину, спустя несколько лет был переведён в дом престарелых, где находится и по сей день.

Но что же случилось с шедевром Рембрандта?

В минуту происшествия 15 июня 1985 года мало кого интересовала персона злоумышленника. Сразу же после акта нападения сотрудники Эрмитажа начали ополаскивать полотно водой, чтобы убрать действующий реактив, длилось это полтора часа, после чего слой был укреплён трехпроцентным осетрово-медовым клеем.

Однако картине были нанесены серьёзные повреждения: больше всего пострадала женская фигура, растворилась драпировка, покрывающая ноги «Данаи», кислота оставила в картине глубокие борозды, которые заполнились подтеками краски – 30% письма Рембрандта были невозвратно утеряны.

Спустя три дня была созвана государственная комиссия, на которой ведущими экспертами реставрации решалась дальнейшая судьба «Данаи»: оставить полотно, как есть или начать реставрацию. В результате комиссии было принято решение восстановить полотно, при этом максимально сохранив руку мастера.

Так началась реставрация, которая продлилась 12 лет.

Чтобы спасти шедевр мировой живописи, трудились ведущие реставраторы Эрмитажа Евгений Герасимов, Александр Рахман, Геннадий Широков и Татьяна Алешина. Первым этапом работы была консервация картины. Был укреплён красочный слой и грунт, также реставраторами был подведён новый дублирующий холст.

Полтора года велась работа по удалению натёков под микроскопом. В местах утрат подводился новый реставрационный грунт. Восстановление утраченных фрагментов проводилось в традиционной для Эрмитажа технике масляной живописи.

Причём, на слое лака, который отделял авторскую живопись от реставрационного слоя, чтобы была возможность вернуть полотно в изначальный вид. Для восстановления «Данаи» были собраны шесть лучших её копий. Самой близкой к оригиналу была признана копия «Данаи», написанная неизвестным, которая находится в музее им. М.А. Врубеля.

В одном из интервью директор Эрмитажа говорил, что для реставраторов особой задачей было не повредить мазок художника, не вторгнуться в его живопись: «Наши реставраторы работали только при дневном свете. Важно было ни в коем случае не дописать ничего за художника. Что можно восстановить — восстановлено, что нельзя — того нет. Это видно простым глазом. Ноги Данаи были покрыты прозрачным покрывалом. Сейчас покрывала в ногах Данаи нет, никто его не дописывал. Многие черты лица и тела, которые больше всего пострадали, не восстановлены. Создается новое впечатление от картины, когда все её боковые части, весь фон вдруг стал по-новому виден».

Позже, во вступительной статье к книге «Даная. Судьба шедевра Рембрандта» Пиотровский писал: «Данае удалось сохранить душу. Искалеченная, она тем не менее жива, излучает свой таинственный свет».

И вот, после долгих лет работы, в 1997 году «Даная» была возвращена в зал голландской и фламандской школ. Около года была представлена выставка, с фотографиями и документами уникальной реставрации. Теперь «Даная» закрыта бронированным стеклом, во избежание повторных актов вандализма, так как нередко у преступников, совершающих такие громкие злодеяния появляются подражатели.

Михаил Пиотровский отметил: «К сожалению, мы живём в эпоху вандализма, и от него никто не застрахован. Есть хороший фильм про покушение на «Данаю». Но всякий раз, когда его показывают, думаю: вдруг это подействует на какого-нибудь неуравновешенного человека, и ему тоже захочется таким образом попасть в историю?»

Примечательно то, что картина имела интересную историю ещё при жизни мастера. Как уже отмечалось, в образе Данаи Рембрандт изобразил свою молодую жену Саскию Ван Эйленбюрх. После многочисленных родов Саския скончалась, а новой музой Рембрандта стала Гертье Диркс.

Позже Рембрандт придал «Данае» больше черт лица Гертье, и перерисовал купидона в правом верхнем углу, сделав его плачущим в знак скорби об ушедшей Саскии.

Внесение изменений подтвердилось рентгенографическим анализом картины.


Ольга Гуго