Психолог: «Я бы не стал представлять Олега Соколова каким-то монстром или маньяком». Под конец года завершился и самый резонансный судебный процесс. «Вечёрка» вспомнила хронологию событий.


12,5 лет лишения свободы в колонии строгого режима – такой вердикт вынес 25 декабря Октябрьский районный суд Санкт-Петербурга в отношении 64-летнего петербургского историка Олега Соколова, признанного виновным в убийстве своей 24-летней любовницы, аспирантки Анастасии Ещенко. И хотя защита намерена обжаловать приговор, считая его слишком суровым, в целом в этом нашумевшем деле наконец поставлена точка.

Преступление

Все началось ранним утром 9 ноября 2019 года, когда проезжавший по набережной Мойки таксист заметил пожилого мужчину, барахтающегося в ледяной воде.

Выскочив из машины, он поспешил на помощь и вытащил его из реки, а затем вызвал «скорую». Прибывшие медики оказали мужчине первую помощь и заодно выловили из воды его рюкзак, в котором обнаружили страшную находку: отрубленные женские руки.

Теперь на место происшествия уже выехала полиция. Вскоре была установлена личность «утопленника». Им оказался доцент Института истории (бывший исторический факультет) Санкт-Петербургского госуниверситета Олег Соколов, проживающий в доме неподалеку.

При обыске в квартире историка были обнаружены отрубленная женская голова и другие части тела, а также охотничий обрез.

В ходе проведения оперативно-следственных мероприятий и криминологической экспертизы, был сделан вывод, что женщина была убита несколькими выстрелами из обреза, а затем расчленена пилой. Придя в себя, Соколов не стал отрицать своей вины в содеянном, и признался, что в ночь с 7 на 8 ноября, находясь в квартире со своей возлюбленной, 24-летней аспиранткой Санкт-Петербургского университета Анастасией Ещенко, в ходе внезапно возникшей ссоры выстрелил ей в лицо из охотничьего обреза, после чего сломал девушке шею и произвел в безжизненное тело еще три выстрела. Затем с помощью пилы он расчленил ее труп, намереваясь утопить останки в Мойке, но во время первой же «ходки» к набережной, поскользнулся и упал в реку, откуда был спасен таксистом, а затем задержан с поличным.

11 ноября Октябрьский районный суд заключил Соколова под стражу.

Следствие и суд

Дело было обречено стать резонансным. Ведь Олег Соколов – один из ведущих российских ученых, специализирующихся на периоде Наполеоновских войн, имеющий солидную репутацию за рубежом, где он несколько лет преподавал в Сорбонне. Во Франции настолько высоко оценили его вклад в популяризацию истории страны, что в 2003 году он был награжден орденом Почетного легиона, который вручил ему лично французский президент.

Также, Олег Соколов – один из основоположников и активных участников российского движения военно-исторической реконструкции. О происшедшем даже высказался пресс-секретарь президента РФ Дмитрий Песков, назвавший случившееся «чудовищным».

Понятно, что расследование обстоятельств дела с участием столь статусного обвиняемого, требовало от следствия предельно тщательной работы.

Впрочем, с главным – признанием вины в совершении преступления, проблемы не было изначально: Соколов ее не отрицал.

Другое дело-мотивы. Ведь от них зависел окончательный вердикт суда. Сам историк настаивал на том, что находился в состоянии аффекта и не отдавал отчета в своих действиях, чему, впрочем, явно не соответствовало его дальнейшее поведение – хладнокровное расчленение трупа убитой женщины. Психиатрическая же экспертиза Соколова, для проведения которой его возили в Москву, признала его вменяемым.

Тогда у защиты Олега Соколова появились новые версии объяснения его поступка – от неприязни Ещенко к детям историка до ее сговора с «черными риэлторами» с целю завладеть его квартирой в историческом центре города.

Но особенно обвиняемый упирал на конфликт со своим коллегой – московским историком Евгением Понасенковым, обвинявшим Соколова в плагиате из своей научной монографии. Якобы, именно из-за развернутой тем «травли», Соколов постоянно находился в возбужденном психоэмоциональном состоянии и часто «взрывался».

Пока следствие и суд разбирались со всеми этими запутанными историями, время шло, а весной этого года в дело вмешалась пандемия, что осложнило следственные мероприятия и привело к неоднократному переносу судебных заседаний.

Но, в конце концов, суд вынес окончательный вердикт: главный мотив преступления – ревность, а само убийство является умышленным, что подтверждается последующими действиями обвиняемого. Смягчающими обстоятельствами были признаны признание вины и раскаяние Соколова, состояние его здоровья и вклад в науку.

Итог: 12 лет лишения свободы по факту совершения убийства и еще полгода-за незаконное хранения оружия. Все эти 12,5 лет бывшему доценту предстоит провести в колонии строгого режима.

С точки зрения психологии

Безусловно, это дело надолго останется в памяти петербуржцев из-за своей неординарности. Тут и страсть, и жестокое убийство с «расчлененкой», и необычность личности «главного героя» — успешного, заслуженного человека, на склоне своей жизни уподобившемуся чудовищу.

Как можно объяснить происшедшее с позиций психологии?

С этим вопросом «Вечёрка» обратилась к специалисту – петербургскому психологу Евгению Максимову:

«В этой истории очень много факторов. Но безусловно, главный из них – особенности личности Соколова. Многочисленные свидетельства знавших его людей рисуют нам образ властного, доминантного человека с ярко выраженным комплексом нарциссизма. Такие люди очень болезненно реагируют на любое ущемление своего «я» и склонны к эмоциональным взрывам, что нередко влечет за собой физическое насилие. Для них характерна частая смена настроения.

А в рамках близких любовных отношений все эти качества обостряются до предела, и люди подобного типа часто теряют контроль над своими действиями. Поэтому, как правило, они не способны к долгим отношениям. Добавьте к этому разницу в возрасте между Соколовым и его возлюбленной, что часто имеет следствием острую ревность. Все это десятикратно усиливает эмоциональный взрыв. Я бы не стал представлять Олега Соколова каким-то монстром или маньяком.

Известно, что большинство тяжких преступлений происходят на бытовой почве, и именно спонтанно, а не в результате тщательного планирования.

Внимание же общественности к этому делу изначально определилось статусностью обвиняемого и характером совершенного преступления. Но, разумеется, тому, что сделал Соколов, нет никакого оправдания».

Игорь Черевко