50 лет исполнилось Архиву литературы и искусства

Центральный государственный архив литературы и искусства Санкт-Петербурга (ЦГАЛИ) отмечает пятидесятилетие. Этот архив – второй крупнейший в стране после московского РГАЛИ, хранилище архивных документов, относящихся к литературе и искусству. Здесь хранится не менее 330 тысяч дел, собранных с 1918 года. Однако среди документов встречаются и более ранние. Некоторые относятся даже к XVII веку.

Сам архив был создан в 1969 году. Тогда он назывался Ленинградский государственный архив литературы и искусства (ЛГАЛИ).

Впрочем, классицистическое голубовато-белое здание на Шпалерной, 34, куда мы пришли на юбилейный пресс-тур «Хранить нельзя забыть», служило памятью общества задолго до того. С 1853 года тут располагался архив Министерства императорского двора, после 1917-го – часть Государственного архивного фонда; потом – архив Октябрьской революции и социалистического строительства…

Святая святых – бесконечный коридор, уставленный коробками и папками на полках, и все – пронумерованы. Тусклый свет. Кажется, что и внутри нашей индивидуальной памяти, там, где лежат воспоминания, должно быть так же сумрачно и спокойно.

– Если надо снимать в кино или сериале архив – всегда идут к нам, – рассказывает заведующий отделом обеспечения сохранности и государственного учета документов Сергей Чернобай. – Все остальные архивы перешли на металлические стеллажи, которые выглядят уже не так.

А на втором этаже у нас есть и полки начала века, настоящий реликт – с псевдоколоннами и всем прочим. Но сейчас на них хранить документы, конечно, неудобно. Всего таких архивохранилищ у нас три, во всех примерно одинаковая планировка. Здесь – фонды театров, музеев, киностудий и так далее. Вот, например (он открывает коробку наугад: там оказывается отчет о выполнении плана организационно-технических мероприятий «Ленфильма» за 1945 год). Дальше – личные фонды писателей, архитекторов, художников… В частности, Михаила Зощенко, Андрея Петрова, Григория Козинцева и многих других, кого специалисты архива сочли достаточно значимыми. Количество полок все-таки ограничено. Но мы готовим новое хранилище, так что на ближайший десяток лет места хватит. Для каждого нового документа мы должны установить подлинность, датировку, авторство – и так далее. Поступают они к нам самыми необычными способами – не только из первых рук. К примеру, то немногое, что уцелело из фонда Зощенко, мы нашли буквально выброшенным на помойку. К сожалению, люди иногда не могут оценить важность документов, им проще от них избавиться, чем позвонить в архив.

Главный хранитель фондов Егор Кривда и заведующая отделом научного описания фондов Татьяна Зверева уже при ярком свете дня в читальном зале архива аккуратно раскрывают папки из специального бескислотного картона. К документам прикасаются, только надев белые хлопчатобумажные перчатки. И дальше, глубже в историю…

Совершенно волшебные рисунки знаменитого иллюстратора произведений Ганса-Христиана Андерсена Оскара Клевера. Фотопробы актеров к фильму Григория Козинцева «Король Лир» – оказывается, на роли претендовали и Алиса Фрейндлих, и Марина Неёлова, и Виктория Федорова.

Вот ноты, расставленные Шостаковичем на партитуре к фильму «Юность Максима». Небрежный автограф Хармса. Заметка для журнала «Чиж» – подписано: «Карл Иванович Шустерлинг». Скупой карандашный почерк Ахматовой – стихотворение «О своем я уже не заплачу». Комарово, лето 1962-го. Уморительный рассказик Зощенко «Глупая история» – про то, как мальчик Петя все время падает. Почерк – красивый и прямо каллиграфический. А в письме Максима Горького писателю Слонимскому – совершенно неожиданный, твердый, с мелкими, очень далеко отстоящими буквами.

Рядом – не очень разборчиво написанное ходатайство Казимира Малевича о предоставлении персональной пенсии Кузьме Петрову-Водкину, 1930 год. Художники из разных художественных направлений, а вот все ж – солидарность… А вот малоизвестная фотография Достоевского с дарственной надписью: «Дорогому но редко видимому брату Андрею Михайловичу от автора». На фото писатель какой-то особенно изможденный. Глядит подозрительно. Все сохранено живой душой архива, все ждет посетителей.

Правда, в архивохранилище попасть может не каждый. Зато всем доступны для обозрения экспонаты работающей в ЦГАЛИ до конца октября выставки «Наш театр». Тут интереснейшие свидетельства театральной жизни Ленинграда с 1920-х по 1980-е годы. Эскизы кукол и декораций для Кукольного театра Евгения Деммени. Прошение Рудольфа Нуреева о зачислении в состав коллектива Театра имени Кирова. Заметки Агриппины Вагановой. Письмо Георгия Товстоногова.


Фото Лидии ВЕРЕЩАГИНОЙ

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Войти с помощью: 
Please enter your comment!
Please enter your name here