В прокат вышел новый фильм Ричарда Линклейтера

Ричард Линклейтер – режиссер общепризнанно отменный: зря, что ли, в его багаже – «Золотой глобус» и пять номинаций на премию «Оскар»? Впрочем, может, потому и не давали ему «Оскара» академики, что в последний момент что-то останавливало: в Линклейтере чувствуется что-то еще помимо несомненной любви к кино. Линклейтер – пытливый ум, в той же мере режиссер, в какой – исследователь и даже естествоиспытатель. Его завораживает кино, но не само по себе, а как идеальный инструмент измерения человеческой души. Причем не помещенной в абстрактные предложенные обстоятельства, а взятой в естественной среде – посреди жизни и изменяющейся с течением времени; причем актеры в его фильмах взрослеют синхронно со своими персонажами. Это добавляет оттенок документалистики. В трилогии – «Перед рассветом», «Перед закатом», «Перед полуночью» – Линклейтер наблюдает за тремя точками в отношениях пары и по этим точкам достраивает всю траекторию их судьбы. «Отрочество» – это хроника взросления мальчика, причем снятая в течение многих лет, так что маленький актер буквально рос перед объективом камеры.

В новой работе «Куда ты пропала, Бернадетт?» Линклейтер немного ослабил хватку: тут нет таких экспериментов со временем и возрастом актеров.

В основу фильма лег одноименный роман Марии Семпл, вполне культовый – он продержался год в списке бестселлеров New York Times и был издан более чем в 25 странах мира. Главная героиня Бернадетт (которую играет оскароносица Кейт Бланшетт) – талантливая архитекторша, которая много лет назад внезапно забросила свое призвание и погрузилась в семейную жизнь. Однако это не принесло ей покоя: вроде бы все хорошо, умница-дочь (Эмма Нельсон), чудесный муж (Билли Крудап), достаток, большой дом. Но рутина заедает, Бернадетт все сильнее сторонится соседей, замыкается в себе, а прописанные ей таблетки от депрессии складывает в большую банку. Невеселую рутину вдруг взрывает дочка, Би: перед поступлением в колледж она выпросила у родителей совместное путешествие в Антарктику. Бернадетт, не подумав, согласилась, но перспектива выйти из затворничества и отправиться куда-то, как она говорит, «в толпе людей, которые не умеют себя вести, а, чего доброго, еще и захотят познакомиться», вызывает у нее сущую панику.

Можно решить такую ситуацию по-разному, но этот фильм начинается как комедия, притом эксцентрическая. Все играют довольно утрированно. Бланшетт корчит рожи в любом диалоге и забавно убегает от соседей. Соседи тоже выглядят как сущие клоуны. В какой-то момент в сюжете появляется комичный агент ФБР и не менее карикатурный психолог. Важную часть сюжета занимает покрывшая округу ежевика, которую можно, оказывается, истреблять, запуская на участок свиней. Когда Бернадетт расправляется со своей ежевикой, происходит оползень, и красивый дом соседки (Кристен Уиг) эпично затопляет грязной водой прямо во время вечеринки. Это, впрочем, можно прочитать и как метафору – тут их вообще много, явных, чуть более навязчивых, чем хотелось бы. Холод, который сковал душу Бернадетт, рифмуется со льдами Антарктики. Пресловутая ежевика пробирается в дом героини и опутывает все – это то ли ее болезнь, то ли, наоборот, здоровое начало, которое пытается пробиться сквозь проблемы. А сама она постоянно сравнивается с католической святой Бернадеттой Субиру – мол, та творила чудеса, и в душе Бернадетт тоже есть много чудес…

Всего этого от оптимистичного, легкого, но притом серьезного любителя психологических нюансов Линклейтера как-то не ждешь и воспринимаешь даже болезненно. Но потом вроде бы и ничего. Всю историю мы видим глазами дочери Бернадетт – закадровый голос принадлежит ей. А для подростка, который едва-едва вышел из детского возраста, мир взрослых, надо признать, выглядит довольно нелепо – и не без оснований. Для доброжелательного и в то же время чуть отстраненного взгляда люди и впрямь немного комичны. При этом вся эта комиксная пестрота указывает на ту же реальную внутреннюю жизнь. Когда Бернадетт признается, что «бессонница вызывает тревогу, а тревога вызывает бессонницу», – это уж совсем не комичный каламбур, а правдивый рассказ о внутреннем расстройстве. В этих смешных зарисовках все довольно точно: и проблема отношений с местным сообществом, и мысль, так сказать, семейная, и страх слишком большой ответственности, слишком больших и слишком рано возложенных надежд. Бернадетт забросила архитектурную карьеру, но все остальное не может ее устроить, и поэтому предстоит уйти от всех, разобрать себя на составные части и пересобрать заново. А где лучше этим заниматься, как не в холодной белизне Антарктики? По крайней мере, там как можно меньше чужих глаз и чужих мнений, и все уже зависит от тебя.

Так что под прибаутками – все то же пристальное, искреннее внимание Линклейтера к движениям души и течению времени. Правда, в гораздо меньшем масштабе. Сперва мы видим что-то вроде обаятельной злодейки-чудачки из диснеевских фильмов – а к концу, через диалоги с родными и воспоминания друзей, перед зрителем встает куда более сложная картина того, как, в сущности, человек доводит себя до такого состояния. Бернадетт здесь карикатурней всех, и эта карикатурность, утрированность, плоскостность – тоже, в сущности, симптом, невозможность расправить себя в трехмерную фигуру. Сама эскизность фильма начинает работать как прием. И не случайно в финальных титрах мы видим, как архитектурные наброски Бернадетт наполняются цветом и объемом, превращаются в настоящие здания для настоящих живых людей.


Фото kinopoisk.ru

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Войти с помощью: 
Please enter your comment!
Please enter your name here