«Рисковать – это мой образ жизни»

18

Звезда цирка Аскольд Запашный сравнивает дрессуру с мотогонками и дайвингом

В Петербурге прошел масштабный традиционный мотофестиваль. Зрители смогли посмотреть яркое шоу с выступлениями каскадеров, экспозицию рет­ромотоциклов. Праздник открыло зрелищное соревнование байкеров на уникальных кастом-мотоциклах в скоростных заездах на четверть мили. Первым преодолел дистанцию в 402 метра Аскольд Запашный. После финиша «Вечёрка» побеседовала с народным артистом России о мотоциклах и не только.

Оказалось, Аскольду Вальтеровичу мир мотоциклов знаком с давних лет и весьма близок. За рулем стального коня народный артист чуть ли не с 1993 года, кроме этого, в шоу братьев Запашных мотоциклы используются в самом разном амплуа: это и мотошар (он же «шар смелости»), в котором каскадеры гоняют внутри, развивая немалую скорость, это и выступления в жанре FMX – захватывающие прыжки на специальных мотоциклах.

– Первый мой мотоцикл был китайского производства (появился он у артиста, когда семья Запашных жила и работала в Китае. – Прим. авт.). Честно, я даже не скажу названия, такое оно необычное, – вспоминает с улыбкой звезда цирка. – Скажу только, что это была копия какого-то японского «сузуки». Помню, у него бак был похож на череп.

Первые свои впечатления от стального коня артист помнит очень хорошо: как ни странно, это был страх:

– Ехать на мотоцикле, когда его управлением ты не особо владеешь, – опасно. И поначалу я был очень аккуратен. Когда появилась уверенность, то, естественно, начали происходить падения: всегда испытываешь возможности – свои и машины. Много всего было! Но затем всегда все приходит в норму, уже понимаешь, что такое мотоцикл, начинаешь его чувствовать как продолжение себя.

Между тем народный артист даже рад, что его мотокарьера началась в Поднебесной.

– В то время, и особенно в Китае, ездить на мотоцикле было гораздо проще: дело в том, что в России культура вождения мотоцикла и отношение к самим мотоциклистам еще хромают, – отмечает мой собеседник. – К мотоциклистам нужно относиться как можно бережнее: по факту – они ничем не защищены. При этом в Китае, даже впервые сев за руль, я не испытывал трудностей. Конечно, у нас на трассах междугородных, например Москва – Петербург, все попроще. Именно городское вождение вызывает много вопросов.

Первое участие мотоциклов в шоу братьев Запашных началось с появления в нем стант-райдеров (если по-русски – мотокаскадеров).

– В 2007 году ребята просто пришли к нам и предложили свои услуги. На тот момент я не очень понимал, что это такое, но когда они показали, что могут, я был поражен, – вспоминает артист. – С тех пор мы начали сращивать их выступления с цирковыми номерами. Конечно, в рамках спектакля реализовать прыжки на мотоциклах довольно трудно технически: нужны зона разгона, зона приземления, безопасность. С тех пор роль мотоциклистов в наших шоу, как и всех талантов исполнительского мастерства, очень большая.

Итак, с одной стороны – дикие животные и напряженный концертный график, мотоциклы – с другой. Что же это: систематическая нехватка острых ощущений?

– Простого объяснения нет. Дело в том, что человек, который живет и работает в экстремальных условиях, не нуждается в каком-то банальном впрыске адреналина: не сидит, не мучается без этого, – задумчиво рассуждает Аскольд Вальтерович. – Человеку, который в жизни уже побывал на грани смерти, который постоянно рискует своей жизнью, в повседневности просто скучно. И для него опасность, пугающая обывателя, – вызов. Поэтому спокойно садишься за руль байка, прыгаешь с парашютом, ныряешь к акулам. Это просто стиль жизни и определенный уровень твоего восприятия опасности. Что хотелось бы повторить? А я все повторяю! Я лицензированный дайвер, прыгаю с парашютом, мотоциклист, даже забирался в жерло вулкана.

Но между тем Аскольд подчеркивает, что самым экстремальным из того, что он когда-либо делал, была и остается работа с хищниками.

– Систематический риск значительно отличается от одноразового – он подразумевает профессиональное отношение к опасности, ведь она требует изучения, постоянной работы и самодисциплины. Порой, когда воспринимаешь опасность как рутину, всегда может случиться «тот самый» момент, – рассказывает дрессировщик. – Дело в том, что хищники, с которыми я всю жизнь работаю, могут создать ситуацию столь неожиданно опасную, что в какую-то секунду, когда пролетает мимо лапа или хищник кидается на тебя, ты только и успеваешь подумать: «О, черт!» И среагировать. А когда прыгаешь с двухсотметрового моста, ты просто пересиливаешь страх высоты и потом наслаждаешься моментом.

Несмотря на то что с риском артист всю жизнь «на ты», самый опасный момент, возникший в ходе выступления, он помнит отлично:

– Шел 2007 год, мы выступали в Магнитогорске. Тогда произошла драка между хищниками, и тигр по имени Джастин настолько вошел в «боевой режим», что просто не мог остановиться. Он пошел по манежу, ища себе жертву, двинулся прямо на меня. У него были совершенно стеклянные глаза, и вот тогда я подумал, что все, конец. Подумал, что это мой последний день и его нужно запомнить. Но подоспел мой брат, еще ребята: все встали рядом со мной. Когда тигр увидел нескольких людей вместе, то просто остановился. Физически же тигра остановить нереально!

Отлично зная, что такое рисковать жизнью, артист все же призывает граждан, и мотолюбителей в частности, зря не подвергать свою жизнь опасности:

– Нужно с умом относиться ко всему, что вы делаете. Нельзя воспринимать город как площадку для гонок. Жизнь у нас одна, и поэтому ее надо беречь!


Фото Лидии ВЕРЕЩАГИНОЙ

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Войти с помощью: 
Please enter your comment!
Please enter your name here