Ткань для реставрации изготовили во Франции по старинным образцам

В музее-заповеднике «Царское Село» открылся для публики Лионский зал, шедевр классицизма и историзма. Но реставрация, которая подбрасывает загадки и сулит открытия, никогда не заканчивается.

В 1781 – 1783 годах Екатерина II поручила своему любимому архитектору Чарльзу Камерону перестроить барочную четвертую антикамеру Растрелли в классицистическом духе. Он придумал обшить новый интерьер лионским шелком (отсюда название зала) в сочетании с отделкой лазуритом и золочеными накладками. Паркет был набран из двенадцати пород дерева и инкрустирован тончайшим перламутром и черепаховой костью.

В начале 1860-х годов по проекту архитектора Ипполита Монигетти интерьер Лионского зала обновили для гостиной императрицы Марии Александровны. Тогда был изготовлен лазуритовый гарнитур – люстра, зеркала, столики, вазы и другие предметы.

В 1866 году, к серебряной свадьбе Александра II и Марии Александровны, в интерьере появился шелк, который называется «Золотой бутон». Тогда же мебельная фирма «Андрей Тур и сын» поставила для Лионского зала стулья и диваны. Они были отделаны лионским шелком, что очень помогло нынешним реставраторам. В 1878 году интерьер Лионского зала изобразил на своей акварели Луиджи Премацци. Для нас эта работа – важный иконографический источник, поскольку интерьер не менялся до начала войны.

Если говорить об эвакуации, то Лионскому залу, если так можно сказать, повезло. Был спасен лазуритовый гарнитур, во многом благодаря строжайшей директиве – не оставлять врагу металл. Вывезли и один диван, на котором сохранился лионский шелк. Но все остальное погибло. Только паркет, который был демонтирован фашистами и вывезен в Германию, после войны нашли в Берлине и вернули в музей.

В 1983 году легендарный реставратор Александр Кед­ринский, лауреат Ленинской премии, главный архитектор «Царского Села», создал проект реставрации Лионского зала. Музейщики признаются, что даже сохранившийся лазуритовый гарнитур не внушал больших надежд на реставрацию Лионского зала. Где взять настоящий лионский шелк и лазурит, который добывается в Афганистане?

В 2005 году был восстановлен только объем зала. С надеждой на будущее. Ждать пришлось больше десяти лет. В 2017 году благотворительный фонд «Транссоюз» выделил средства на воссоздание лазуритовых порталов, которые обрамляют три двери Лионского зала. Эти работы выполнила Царскосельская янтарная мастерская.

Через год на Петербургском экономическом форуме было заключено соглашение между ГМЗ «Царское Село», ПАО «Газпром» и его французским партнером фондом ENGIE. «Газпром» выделил средства на воссоздание плафона Лионского зала, наборных панелей из лазурита с золоченым бронзовым декором, а также монтаж обивки стен и портьер из лионского шелка. Фонд ENGIE подарил музею 320 погонных метров шелка, изготовленного на той самой фабрике, которая выполняла «русский заказ» в 1866 году. Там сохранились образцы, их сравнили с шелком на «туровском» диване – и они совпали.

Для начала музей вытащил из фондов три кресла, которые находились до войны в Лионском зале, а после нее были обнаружены в Екатерининском парке в руинированном состоянии. С помощью фирмы «Альпина» и первых 12 метров шелка, полученных из Франции, специалисты Царскосельской янтарной мастерской отреставрировали и обшили три кресла.

Успех на «опытных образцах» позволил реставраторам двух компаний менее чем за год выполнить все остальные работы, которые были предусмотрены международным соглашением.

 «Серьезная работа» – так скромно подытожил почти год труда Борис Игдалов, руководитель Царскосельской янтарной мастерской. На самом деле мастера буквально перелопатили целую тонну лазурита, чтобы разрезать его на пластинки и, подобрав по фактуре и цвету, сложить так называемую «русскую мозаику». Чтобы лазуритовые панели, помещенные на стену Лионского зала, выглядели монолитными.

Общая стоимость реставрационных работ, проведенных в Лионском зале за три года, превышает 100 млн руб­лей. В них нет ни одной копейки бюджетных денег, только меценатские.

Что дальше? Паркет с перламутром находится на реставрации, и музейщики думают, как его показывать в дальнейшем. При Екатерине II и позднее паркет укрывали ковром. Он виден на акварели Премацци, аналог уложен сейчас. До нынешней реставрации Лионского зала демонстрировался только один фрагмент на специальной платформе.

Когда реставрация паркета завершится, его смонтируют в Лионском зале. Если его не закрывать, то по нему нельзя ходить. Если закрыть, то это лишит посетителей возможности увидеть уникальное произведение прикладного искусства. Сложность еще и в том, что паркет состоит из 36 шестиугольников неправильной формы. Поэтому невозможно выделить для показа один-два фрагмента, а остальное укрыть ковром.

Что касается продолжения реставрации Лионского зала, то ждут своего часа (и мецената) для воссоздания два камина, верхний фриз, зеркала, подзеркальные столики, наличники окон. Все были отделаны лазуритом.


Василий ПОСТНИКОВ, фото Натальи ЧАЙКИ

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Войти с помощью: 
Please enter your comment!
Please enter your name here