В Мариинском театре – премьера «Тангейзера»

В первый день лета на сцене Концертного зала Мариинки наконец-то появился средневековый рыцарь и миннезингер, которого с таким нетерпением ожидала петербургская оперная пуб­лика.

Старинная немецкая легенда о Тангейзере в версии драматурга и композитора Рихарда Вагнера была представлена солистами, труппой и оркестром Мариинского театра впервые с 1923 года в прочтении одного из главных вагнеровских дирижеров современности – продолжателя петербургских традиций исполнения Вагнера, освященных именем великого Мравинского, народного артиста России Валерия Гергиева. Переаншлаг в этом случае никого не удивил: часть публики скромно, но убежденно и фанатично стояла вдоль стеночек бенуаров Концертного зала.

В афише театра до 18 января 2020 года – всего лишь три спектакля «Тангейзер», два из которых назначены на июнь. Это непростительно мало: хочется верить, что количество представлений замечательной музыкальной драмы в ближайшие полгода будет принципиально увеличено.

Постановка «Тангейзера» была доверена мо­лодому «московскому но­во­сибирцу» Вячеславу Стародубцеву, который с 2017-го руководит Новосибирским театром оперы и балета. И это доверие дорогого стоит, потому что отношение к Вагнеру у Валерия Гергиева очень личное и совершенно особенное: маэстро примерно в 99 процентах случаев дирижирует произведениями Вагнера сам.

Вагнер – не только великий композитор, но и драматург и религиозный мыслитель par excellence. Он писал музыку только на либретто собственного сочинения, а в своих драмах пытался решить важнейшие вопросы человеческого бытия, жизни и смерти, веры в Бога, греховности и духовного спасения людей. Он называл свои произведения музыкальными драмами и никогда – операми (для того чтобы принципиально отличаться от своих итальянских и французских коллег). Что же касается гениального, мятущегося и страстного средневекового поэта и певца Тангейзера – его образ, безусловно, имеет черты автопортрета композитора.

По поводу режиссерских решений у публики, к слову, были определенные и вполне обоснованные волнения, потому что сочетание слов «Тангейзер» и «Новосибирск» имеет свою тревожную предысторию. Хотя режиссер нынешнего «Тангейзера» 37-летний Вячеслав Стародубцев – не тот постановщик, что взволновал в 2015-м сначала местную общественность, а за ней и весь театральный мир России. Первый новосибирский «Тангейзер» в постановке режиссера Тимофея Кулябина был тогда изъят из репертуара после всего лишь четвертого спектакля. И очень жаль: сам министр культуры заявил тогда, что речь шла о некоторой корректировке спектакля, а не о его снятии.

Тот скандал утих, но внимание публики было все равно приковано к сценографии новой постановки. Которая, кстати, оказалась гораздо более целомудренной, чем это принято на мировых оперных подмостках и чем ожидалось многими. Ведь уже довольно давно, с 1970-х годов, в немецких и других театрах мира богиня Венера и вакханки появляются в виде артисток кордебалета топлес или почти полностью обнаженными, благо сюжет вполне позволяет подобную трактовку. Впрочем, трудно себе представить настоящего меломана, который пойдет на прославленного вагнеровского «Тангейзера» ради эротических эпизодов знаменитой сцены вакханалии в гроте Венеры.

Режиссер Вячеслав Стародубцев вместе с художником-постановщиком Петром Окуневым и художником по костюмам Жанной Усачевой поступили с видеорядом нынешнего мариинского «Тангейзера» как настоящие эстеты. Они решили ряд сцен в ослепляющей своей торжественностью и величием белоснежно-золотой гамме во вкусе Обри Бёрдслея и Оскара Уайльда. В свите Венеры помимо вакханок присутствуют олень с ветвистыми рогами и белый единорог в исполнении артистов миманса, что усиливает атмосферу волшебной средневековой сказки.

Понятный для сценического пространства Концертного зала Мариинки дефицит декораций возмещен видеопроекциями на полупрозрачных подмостках и на потолке, созданными художником Вадимом Дуленко. На полную мощность задействованы засценные помещения: оттуда, постепенно приближая звучание, поет и выходит хор ­пилигримов.

Полноценная слышимость и видимость доступна с любого зрительского места. Однако есть одно «но»: со стороны амфитеатра не видно табло с бегущей строкой, поэтому некоторая часть зрителей лишена возможности читать перевод немецкого текста. Хотя, как представляется, техническая возможность сделать второе табло, развернутое к амфитеатру, присутствует. Хотелось бы, чтобы это зрительское пожелание было услышано.

Вокально в первом представлении затмила всех своим одновременно сильным и исключительно гибким и выразительным сопрано Анастасия Щеголева в роли платонической возлюбленной Тангейзера Елизаветы. Репертуар Щеголевой в театре, к сожалению, еще не так велик: пока что она поет в основном Лиу в «Турандот» и Февронию в «Китеже». На премьере сверкал мужественный и мощный тенор Сергея Скороходова – Тангейзера, демонически страстно и полновесно звучало меццо любимицы публики Юлии Маточкиной в образе Венеры.

Итак, Тангейзер, на радость меломанам, уже поет свой торжественный гимн на берегах Невы. Для полного «вагнеровского комплекта» Мариинскому театру теперь недостает, если не считать ранних, нерепертуарных «Фей» и «Запрета любви», всего лишь двух шедевров композитора – «Риенци» и «Нюрнбергских мейстерзингеров».


Вячеслав КОЧНОВ, фото Валентина БАРАНОВСКОГО / Мариинский театр 

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Войти с помощью: 
Please enter your comment!
Please enter your name here