Многие считают фильм «Кислота» манифестом нынешнего поколения двадцатилетних

На экраны вышел фильм Александра Горчилина «Кислота». Сюжет построен на современных реалиях. Жили в Москве два друга, Саша (Филипп Авдеев) и Петя (Александр Кузнецов): Петя – посерьезней, Саша – побеспомощнее. У них был еще один друг, но он объелся кислоты и выпрыгнул из окна, когда Петя сказал ему: «Прыгай». Теперь Саша и Петя ходят по Москве, по своим друзьям, по девушкам, по родителям своим и чужим – заглядывают им в глаза и пытаются понять, что же делать дальше с этим и с самими собой.

26-летний Александр Горчилин – артист «Гоголь-центра». В последний раз мы видели его в фильме «Лето», где он очень хорош в роли вождя молодежи 80-х, Панка. Параллельно Горчилин, оказывается, снимал вот такое кино, о котором говорят, что это манифест поколения уже нынешних 20-летних. В самом начале фильма над могилой герой кричит матери погибшего друга: «А вы вообще знаете, каким он был? С кем он встречался, какую музыку слушал, у кого деньги занимал?»

Вот разрешению этой проблемы – каким он был, какие вообще они все? – и посвящена большая часть «Кислоты».

«Кислота» тут, конечно, сразу во многих смыслах: это наркотик, это бутылочка вполне реальной кислоты – растворителя, которую таскают с собой герои, что твой хоббит – кольцо всевластья. Тоже образ постоянной угрозы, тяги к смерти, искушения, желания свести все к слишком простым решениям. И еще кислота – это, наверное, жгущее, разъедающее их душу сомнение насчет самих себя и мира.

Но в какой-то момент начинает казаться, что знак вопроса тут поставлен чисто из деликатности и из того соображения, что сомнение престижней пошлой уверенности. «Мы можем что-то дать миру, кроме зарядки от айфона?» – ставит вопрос ребром Петя. Его тут же обличают в пафосе и неискренности, но утверждение-то прозвучало. И ответы тут даются сразу. Отчуждение друг от друга – это плохо, безделье – это плохо; надо быть хоть кем-то, нужно что-то дать миру; духовность важна, как ни будь ты циником и скептиком…

Впрочем, жанр манифеста и не подразумевает особых вопросов, какого-то мощного акта самоанализа. Не только Горчилин – фильм вообще делала очень молодая съемочная группа, двадцатилетние. Кажется, вместо рефлексии они предпочли изобразить свое видение самих себя. Очень, кстати, подверженное влиянию старших: сценарий к фильму написал драматург «Гоголь-центра» Валерий Печейкин, который все-таки принадлежит уже к другому, старшему поколению.

Мощным фронтом тут выступило старшее поколение замечательных артистов, которые дали образы родителей, гротескные, увиденные как бы через оптику детей: Александра Ребенок, Роза Хайруллина, Алексей Агранович и другие. Недаром последний титр в фильме – «Посвящается мамам и папам».

Кирилл Серебренников в съемочный процесс точно не вмешивался, но тоже, конечно, вдохновил картину. Эти молодые люди очень похожи на героя фильма «Мученик» (в котором Горчилин сыграл одну из ролей): одновременно агрессивные и инфантильные, мыслящие узко и прямолинейно – и одновременно задающиеся экзистенциальными вроде бы вопросами, чувствующие себя героями Достоевского. И к религии, в конце концов, они тоже приходят. Немножко гопники, но с трагедией внутри. Специфический образ, если кого реального и изображающий – то уж точно довольно узкую прослойку молодежи. И само кино очень столичное, очень эстетское, романтизирующее спортивные костюмы, эстакады и новостройки, как нечто, наполненное смутным чувством экзистенциальной драмы. «Знаешь, в чем наша проблема? В том, что у нас нет проблем», – проповедует Петя. И тут он, конечно, более прав, чем сам думает.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Войти с помощью: 
Please enter your comment!
Please enter your name here