Корреспонденты «Вечёрки» первыми побывали на уникальной стройплощадке второй очереди комплекса Академии танца Бориса Эйфмана

В воскресенье – День строителя. «Вечёрка» решила рассказать об одном из интереснейших проектов, который удалось реализовать в нашем городе, – о строительстве второй очереди комплекса Академии танца Бориса Эйфмана.

По сложившемуся стереотипу мы почему-то представляем таких людей только в робе, каске и с мастерком в руках. Но прежде чем на объект выйдут каменщики, арматурщики, электрики и многие другие, архитектор должен создать проект. В предстоящее воскресенье будет и его праздник.

Сразу скажем, что перед специалистами архитектурного бюро «Студия 44» стояли в данном случае непростые задачи. Начинали не с чистого листа – на территории уже существовало здание школы 1938 года постройки и ее дворовое пространство. Надо было разместить в ограниченном объеме образовательный комплекс и учебный театр со зрительным залом на 450 мест. Казалось бы – невозможно. Но проектировщики и строители справились. В результате их стараний возник объект, который станет украшением города.

Идея строительства школы балета активно начала обсуждаться в 2014 году, год велось активное проектирование, техника вышла на объект уже в 2016 году. Школа должна была стать дополнением к уже существующей на соседнем участке Академии танца. Однако по мере работы над проектом школа балета приросла Детским театром танца, потому что вместо камерного актового зала появился вместительный зрительный зал.

– Чтобы не нарушать архитектурную гармонию Введенской улицы, историческое здание школы было решено сохранить, а на территории двора построить необходимый современный объект. Оба здания мы объединили теплым пространством атриума, – рассказывает главный архитектор проекта Антон Яр-Скрябин. – Это как раз тот случай, когда поставленная задача формировала саму композицию.

Предстояло заняться серьезной реконструкцией школы, ведь в здании тридцатых годов не было предусмотрено рекреаций, были низкие потолки, деревянные перекрытия. Соответственно была произведена замена деревянных перекрытий на железобетонные, опирающиеся на существующие стены.

– За счет того, что современные перекрытия значительно тоньше прежних, удалось значительно увеличить объем: высота учебных классов тут же вписалась в норматив – 3,6 метра, – поясняет Антон.

Сохраненные фасады школы отремонтировали, утеплили, поставили качественные деревянные стеклопакеты. Школа также сохранила оригинальные лестницы, которые заботливо отреставрировали.

А вот сам атриум, скажем прямо, впечатляет – простор, свет, над стеклянной крышей плывут облака.

– Было понятно, что в пространстве между новым объемом и старым нужно разместить отсутствующие в здании школы рекреации, – поясняет архитектор. – Они интегрированы в атриум в виде двух объемов – круглого (мы называем его ротондой) и прямоугольного. Освещение через стеклянную крышу атриума добавило пространству больше воздуха.

Отделочные материалы, использованные в атриуме, практически все отечественные. Например, коелгинский мрамор, получаемый из месторождения близ Челябинска.

– Этот материал очень похож на знаменитый мрамор «бьянко каррара», он очень декоративен и приятен глазу, – с гордостью поясняет архитектор.

На полу уложены плиты из пироксенита – камня из семейства гранитов, из него же выполнены ступени центральной лестницы. Редкий случай в современной строительной практике – ступени сделаны из цельных плит. Удовольствие это очень дорогое, но позволить такую роскошь удалось благодаря тому, что камень добывается в России. Что говорить, балет – высокое искусство. Уверены, что петербуржцы, приходя в театр на спектакли, будут любоваться и правой стеной атриума, сформированной объемом зрительного зала, – облицованная золотым травертином, она стилизована под волны открывающегося занавеса.

Но все-таки особо гордятся проектировщики самим зрительным залом – ведь им пришлось придумать невероятное решение, чтобы разместить здесь 450 посадочных мест. А для светопроекционного оборудования пришлось построить консоль – выступ в здании, вплотную примыкающий к школе.

Однако главной задачей, которую поставил перед проектировщиками Борис Эйфман, – вписать в столь небольшие объемы сцену классического размера, как в Александринском театре!

– Для этого пришлось пойти на хитрость вплоть до того, что мы закладывали в бетонные несущие стены больше арматуры, чтобы сделать их на пятьдесят миллиметров тоньше, выиграв дополнительные сантиметры и обеспечив ширину и глубину пространства сцены, – взволнованно рассказывает Антон Яр-Скрябин. – Более того, ниже уровня сцены расположены целых два этажа: там и грим-уборные, и склады, и театральные цеха.

Потолок зала выполнен в виде трехцентровой арки, его деревянные балки создают в помещении особую атмосферу. На одной стене – зеркала, станки, на другой – огромные окна, много света.

На самом деле воплотить в жизнь проектировщикам и строителям удалось все то, о чем писали в СМИ: появился даже подземный тоннель, соединяющий комплекс со зданием Академии танца.

– Конечно, все это было бы намного проще построить с нуля где-нибудь за городом, – рассуждает Антон. – Но здесь невероятно важна «память места», дух центра Петербурга. Более того, за реконструкцией – будущее. Конечно, расширять город – тоже вариант. Но намного лучше привнести в историческое здание новую функцию, нежели дать ему погибнуть. Более того, у нас все для этого есть: и технологии, и материалы, техника, оборудование. А главное – люди!


Фото Сергея НИКОЛАЕВА

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Войти с помощью: 
Please enter your comment!
Please enter your name here