В деревню, к тетке, в Массачусетс…

21

Американцы тоже вспоминают свои девяностые

Дебютный фильм Элайджи Байнума «Жаркие летние ночи» только что посетил наши киноэкраны. Лента попеременно попытается стать молодежной комедией, криминальным триллером, драмой из провинциальной жизни, бог знает чем еще – и так и не остановится на чем-то одном.

Дэниел (Тимоте Шаламе) – молчаливый, замкнутый парень. На то есть причины: отец только что погиб в пожаре. Школа кончилась. Мать отправляет подростка на лето к тете на мыс Кейп-Код, Массачусетс. Там он быстро сходится с местным наркодилером Хантером (Алекс Роу), и жизнь становится явно веселее: Хантер берет Дэниела в дело, доход от продажи травки хороший, а с деньгами приходит и уверенность в себе. Можно даже приударить за главной местной красоткой Маккейлой (Майка Монро). Все бы хорошо, но выясняется, что Маккейла – сестра Хантера. А старший товарищ вовсе не хочет, чтоб за его сестрой кто-то волочился…

На самом деле сюжет картины – последнее дело. Хотя бы потому, что он скучноват и  бессвязен. Следить за ним – дело неблагодарное. Другой разговор – детали, нюансы, ощущения от всего происходящего. Они важнее.

«На лето к тетке… Какое клише», – стонет ироничный подросток Дэниел в ответ на решение матери. Но это ключ, который задаст тональность всему фильму. Дальше этих клише и штампов будут – щедро рассыпанные пригоршни, и Дэниела, кстати, это не смутит. Тут будут мультяшные вставки, гангстерские «крутые» разговоры в полутемных помещениях, суперромантичные поцелуи в супермаркете и так далее и тому подобное. Оправдывается все это еще и закадровым голосом рассказчика: мы как бы слушаем рассказ младшего кузена Дэниела, а мальчик и нафантазировать мог. Только ни во что не складываются эти детали, хотя все по отдельности нарисованы даже и симпатично.

Другой источник пестроты – время действия. Выбрано лето 1991 года, рубеж между десятилетиями и водораздел между эпохами. У нас – понятно между какими, но и для американцев это памятный порог. Приметы времени заявлены сразу – и постоянно, почти назойливо, возникают на протяжении фильма: конечно, тут и смерть Фредди Меркьюри, война в Персидском заливе, в кино – «Терминатор-2», на игровых автоматах – «Стрит файтер».

Есть такое наблюдение: искусство больше всего любит трактовать жизнь двадцатилетней давности. Может, потому, что это время помнят зрелые режиссеры и сценаристы как свою юность. Таким актуальным «ретро» наконец стали и девяностые – вслед за безумными шестидесятыми, разочарованными семидесятыми и китчевыми восьмидесятыми.

Последнее десятилетие того века сделалось мифологическим временем. Его вопросы постепенно перестают быть актуальными; его травмы зажили (или оставлены как есть). Девяностые – с их интернетизацией, наркотиками, переделом политической карты мира и клонированием овечки Долли – как бы преодолены. Но одновременно они перестают быть живыми.

Впрочем, режиссер щедрой рукой сыпанул здесь и деталей из других эпох. Например, наркодилер Хантер, когда он в первый раз является на своем мотоцикле, весь в коже и с челочкой, – ну вылитый Джеймс Дин. Герои смотрят «Терминатора» в автомобильном кинотеатре, которые тогда, конечно, были, но уже на спаде популярности. Или вот на сцене любовного объяснения играет чудесная Space Oddity Дэвида Боуи, 1969-го – слава богу – года выпуска. Зачем все это – не совсем ясно. Видимо, постмодернистская ирония, ничего не попишешь. Или просто хотелось поделиться всем, всем любимым.

От этого, конечно, «Жаркие летние ночи» совсем теряют тот кропотливый интерес к этнографической реконструкции, который есть в «Под кайфом и в смятении» Ричарда Линклейтера (про семидесятые) или в «Американских граффити» Джорджа Лукаса (про шестидесятые). И превращаются в довольно общее рассуждение про страсти и переживания юных людей из любой эпохи. Это тем более верно, что самому молодому режиссеру на момент действия было всего четыре года и никакой ностальгии по тем
золотым денькам, следственно, у него нет.

Девяностые тут все-таки условные. В них, как и в каждом десятилетии, важно, что есть непонимающие родители и похожие на терминатора полицейские – а есть соблазны, есть обещание любви, есть лето и пляж, наконец. Три летних месяца из жизни Дэниела, что мы наблюдаем, пролетают, как и в жизни: столько всего было, что не упомнишь; и сам не понимаешь, понравилось или нет. Но назад в школу или вперед во взрослую жизнь – как-то не хочется.


Фото KINOPOISK.RU

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Войти с помощью: 
Please enter your comment!
Please enter your name here