Фабио МАСТРАНДЖЕЛО – о фестивале «Опера – всем», о любви к спорту и Петербургу

Маэстро Фабио Мастранджело – пожалуй, один из наиболее известных и востребованных современных дирижеров. У него удивительная судьба. Родившись на юге Италии в музыкальной семье, получив у себя на родине, а затем в Женеве, Лондоне и Торонто первоклассное образование как пианист и дирижер и сделав там головокружительную карьеру, маэстро выбрал… Россию. А приехав к нам, принял православие.

– Маэстро, сначала вопрос о столь любимом петербуржцами фестивале «Опера – всем», который пройдет с 12 по 22 июля. Скажите, почему вы выбрали на этот раз «Царскую невесту» Римского-Корсакова, «Макбета» Верди, «Манон Леско» Пуччини, «Похищение из сераля» Моцарта? Мне кажется, что, за исключением «Манон», это не самые «хитовые» произведения великих оперных композиторов прошлого… Из просветительских соображений?
– По сложившейся традиции мы открываем фестиваль русской оперой на Соборной площади Петропавловской крепости. Мне лично «Царская невеста» очень нравится, я часто беру из нее фрагменты с разными солистами для исполнения в своих концертах. Конечно, Римский-Корсаков далеко не Чайковский. Но он очень остроумный человек, он прекрасно знал принципы оркестровки, был интеллигентным композитором. У меня всегда вызывало удивление в хорошем смысле этого слова, что Отторино Респиги, очень успешный итальянский композитор, учился здесь в Петербурге у Римского-Корсакова.

Вообще-то мы многие годы хотим поставить «Бориса Годунова» Мусоргского, но решили это отложить до нашего десятого, юбилейного фестиваля. Тем более что чемпионат мира по футболу диктует некоторые ограничения. Так, мы хотели поставить «Аиду», нашли для нее в городе идеальное место, но оно находится в «орбите» чемпионата. Вот почему «Царская невеста» и «Макбет».

«Манон Леско» при всей моей любви к «Тоске» и «Богеме» кажется мне самой красивой оперой Пуччини. «Похищение из сераля» – это, конечно, ранняя опера Моцарта, которую он написал до «Дон Жуана» или «Свадьбы Фигаро», тем не менее из вот этой комедийной восточной тематики можно сделать действительно что-то смешное и симпатичное. Тем более «Похищение…» пройдет в Царском Селе возле Екатерининского дворца, который воссоздает барочную атмосферу, родственную стилистике Моцарта. И потом, я считаю, что Моцарт – единственный абсолютный гений за всю историю музыки, хотя у него есть разные по значению произведения.

– Неужели Моцарт и впрямь единственный?
– Я вам объясню, почему так считаю. Вы видели нотные рукописи Моцарта? Сравните их, например, с тем, как писал музыку Бетховен. Это день и ночь. У Бетховена это война: бывали десятки правок одной темы. В его самой известной Пятой симфонии в черновиках есть 52 (!) версии одного пассажа. Гениальность Бетховена в том, что он точно знал, какая из этих 52 версий лучшая. А у Моцарта рукописи таковы, что возникает ощущение, что ему диктовал сам Господь Бог. И Моцарт писал музыку сразу, без ошибок. Причем он прожил всего 35 лет. Это к тому, что однажды канадские ученые провели эксперимент: собрали десять очень хороших копиистов, которым предложили всего лишь – внимание! – переписывать уже готовую музыку Моцарта. Вывод ученых: такое количество музыки одному одаренному, но обычному человеку можно переписать, а не сочинить не менее чем за семьдесят лет!

– Расскажите о вашем проекте «Битва титанов», который представляет сейчас Мюзик-холл…
– Это мой фирменный, можно сказать, проект. Начнем с того, что я страстный футбольный болельщик и очень переживал, что Италия не прошла на этот чемпионат мира, – такого не случалось уже шестьдесят лет! Я так надеялся, что будет играть и моя первая страна, и вторая… Но этого не случилось. И тогда я придумал «Чемпионат мира композиторов», четыре первоначальные битвы, две из которых уже прошли. Это была битва Доницетти против Россини, причем совершенно не­ожиданно победителем стал Доницетти. Мы все были в шоке! Но так голосовали слушатели – больше аплодисментов и громче. А закрывали мы сезон битвой Массне – Бизе. Победил мастер лирической оперы Жюль Массне. Потом будет Римский-Корсаков против Чайковского, где результат, по-моему, очевиден. Хотя мы очень старались подбирать лучшие арии Римского-Корсакова. И настоящая битва титанов это, конечно, Верди против Пуччини – это будет просто кроваво! Из восьми композиторов в полуфинал выходят четыре. Музыку двух самых любимых публикой композиторов будут играть в финале.

– Скажите, маэстро, а как же вы все-таки оказались в России и остались здесь навсегда? Ведь мы привыкли к тому, что музыканты стремятся на Запад. Да и климат у нас не лучший…
– Я как-то против общего течения двигаюсь в этом смысле. Начнем с того, что из Италии я не сразу попал в Россию, сначала была Канада. А в Торонто климат ничуть не лучше, чем в Петербурге, а в чем-то даже хуже. Так что испытание погодой я прошел. Второй момент очень трудно объяснить, сам до сих пор не могу понять, почему мне с детства была интересна Россия. Я православный и не особенно верю в то, что у человека могут быть прошлые жизни, реинкарнации… Но если вдруг это правда, тогда я точно знаю, что когда-то уже жил в России. Потому что иначе это никак не объяснишь. Называйте это очарованием, внутренними связями, но и в музыке, и в литературе, и в истории я всегда был страшно увлечен Россией, причем с самого детства, когда мне никто ничего еще не мог подсказать и показать. А когда двадцать лет назад впервые прилетел в Петербург, я полюбил его с первого взгляда.


Вячеслав КОЧНОВ

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Войти с помощью: 
Please enter your comment!
Please enter your name here