Летопись русской революции: так было сто лет назад

После Октября большевикам почти сразу удалось создать новые формы административно-политического устройства. Это объясняется прежде всего умелым использованием популистских обещаний – земли, мира и рабочего контроля над производством. Измученное долгой мировой войной и послефевральским хаосом простонародье потянулось к динамичным правителям страны, полагая, что им и дано навести элементарный порядок и удовлетворить хоть в какой-то мере вековые чаяния угнетенных безграмотных масс.

Все познается в сравнении

Как считается, первый период в истории красной революции продолжался около полугода – с 25 октября (7 ноября) 1917-го до весны 1918-го. За это время большевики успели принять свои сеявшие иллюзии декреты о земле и мире; создать новую государственную машину, основанную на жестком партийном фундаменте; заключить с кайзеровской Германией капитулянтский Брестский договор, спасший Советы, но впоследствии позволивший рейху подняться из руин Первой мировой войны и начать подготовку ко второй; ввести в обиход европейский (григорианский) календарь.

Строго говоря, если сравнить практические наработки ленинского режима за первое полугодие своего существования с наработками Временного правительства за сопоставимый отрезок, то придется признать, что Ленин успел гораздо больше, чем князь Львов и Александр Керенский. «Временные» сумели за такое же примерно время проиграть летнее наступление на Юго-Западном фронте против австрийцев и немцев, упустить Ленина и Зиновьева в Разлив, «просвистеть» августовский VI съезд РСДРП(б), который принял в Петрограде резолюцию о вооруженном восстании, и, наконец, рассориться с армией в лице генерала Лавра Корнилова, чью помощь Керенский самонадеянно отверг, по сути распахнув двери большевикам. Даже поспешное провозглашение России республикой в сентябре 1917-го облегчило путь коммунистов наверх, поскольку, имея под рукой парламентскую республику, они могли легче и проще требовать республику Советов.

На Шипке все спокойно?

Ленинская команда отчетливо видела, что невозможно закрепить достигнутые политические результаты без прочного перевода на сторону октябрьских победителей армейских полков и дивизий, в которых служили миллионы одетых в солдатские шинели крестьян и рабочих. Приходилось учитывать и то обстоятельство, что враги большевизма также возлагали на армию немалые надежды. Первым попытался использовать солдат и офицеров против ленинского руководства глава свергнутого Временного правительства Александр Керенский. Бежав из Петрограда в штаб Северного фронта и собрав там необходимое число казачьих эскадронов (3-й конный корпус), он поставил над ними генерал-лейтенанта Петра Краснова. 29 октября (11 ноября) эти орлы, успевшие, кстати, поучаствовать в провальном Корниловском броске летом 1917-го, приблизились к Петрограду на 20 верст.

В тот же день тайная эсеровская структура «Комитет спасения Родины и революции» подняла в Петрограде мятеж юнкеров. Одновременно что-то подобное развернулось и в еще не большевизированной Москве. Кроме того, неприятные для Смольного известия пришли и с тихого Дона. Там генерал от кавалерии и атаман Всевеликого Войска Донского Алексей Каледин активно выступил против Советов. В ноябре его части захватили Ростов и Таганрог. А на Южном Урале оживил свою деятельность оренбургский казачий атаман Александр Дутов. Он занял Оренбург и, отрезав тем самым Среднюю Азию от Центральной России, создал явную угрозу промышленным городам Урала и Поволжья. В планах стояло соединение с Алексеем Калединым.

Затея не удалась. Столичные мятежники были разгромлены без особого напряжения сил. За один день, к вечеру 29 октября (11 ноября), красногвардейцы и матросы-балтийцы подавили юнкерскую «фронду», а 31 октября (13 ноября) в бою у Пулковских высот удалось разбить казаков из 3-го конного корпуса. Сам Краснов угодил в плен, и ему даже предложили перейти на советскую службу. Эту идею, впрочем, Петр Николаевич отверг. Тогда с него взяли «честное генеральское слово» об отказе от всякой борьбы с новой властью. Отпущенный восвояси под это туманное обещание, он, само собой, нарушил его. Прежде всего летом и осенью 1918-го – в знаменитых схватках под Царицыном, где присутствовал и один из большевистских лидеров Иосиф Сталин. Город сумели отстоять, и в апреле мирного 1925 года его торжественно переименовали в Сталинград…

Но это произойдет гораздо позднее, на пике нэпа. А пока шли бои и гремели залпы. Сам Керенский скрылся в глухой местности между Гатчиной и Лугой, где в течение сорока дней его прятали в доме верных сподвижников. Затем он перебрался в Финляндию, а оттуда в Европу. События же шли полным ходом. Третьего (16) ноября 1917 года солдаты и вооруженные рабочие окончательно «раздавили» юнкерское сопротивление в Москве, создав благоприятные условия для последующего (в марте 1918-го) переезда ленинского руководства из Смольного в Кремль. Ну а во второй половине ноября большевики «разобрались» со Ставкой Верховного главнокомандования, еще с царских времен расположенного в Могилеве.

Главковерх генерал-лейтенант Николай Духонин отказался выполнить решение Совнаркома и вести прямые переговоры с немецким командованием о фронтовом перемирии. Тогда по приказу из Петрограда генерала сместили с должности, а сама Ставка была разгромлена советизированными матросами. 20 ноября (3 декабря) 1917-го – при вынужденной передаче полномочий – Духонин трагически погиб (его выбросили из штабного вагона на подставленные штыки). После этого родилась печальная и страшная поговорка: «Отправить в штаб к Духонину». Новым главнокомандующим стал «сын партии» – прапорщик Николай Крыленко (впоследствии расстрелянный самими же коммунистами на пике сталинских чисток в июле 1938-го). Так армия оказалась в «красных» руках.

Далеко от Москвы…

Победа революции в Петрограде, Москве и на фронте предопределила относительно быстрый ее успех в Центрально-промышленном районе России, где трудился довольно многочисленный рабочий класс. В некоторых городах (Иваново-Вознесенск, Тверь, Ярославль, Владимир, Нижний Новгород, Екатеринбург, Пермь) партийная диктатура под флагом советской власти установилась довольно быстро и мирным путем. Эти центры даже посодействовали коммунизации Москвы. В разгар боев с юнкерами туда помимо петроградских красногвардейцев прибыл из Владимира, Александрова и Коврова двухтысячный рабочий корпус во главе с Михаилом Фрунзе. Иначе обстояло в национальных областях, отдаленных от обеих столиц.

Большинство этих «зон» – в частности, Закавказье, Казахстан и Средняя Азия (Туркестан) – отличалось крайней экономической отсталостью, слаборазвитой промышленностью, незначительным рабочим классом и преобладающим крестьянским слоем. Население в основной массе было неграмотным и находилось под сильным влиянием родовой знати и клерикальных кругов, настроенных, как и следовало ожидать, резко антисоветски. Все это мешало большевикам стремительно двигаться к своим вершинам. Так, тревожная ситуация складывалась и на Украине, которая по своему уровню ощутимо опережала среднеазиатские и другие восточные территории России.

Уже в конце октября 1917-го в Киеве вспыхнуло вооруженное восстание – и победила советская власть. Но всеукраинский парламент (Центральная рада), стоявший на буржуазно-рыночных «самостийных» позициях, перешел в военное наступление. Вызванные националистами фронтовые украинские части разоружили революционные отряды и помогли Раде установить ее власть. 7 (20) ноября 1917-го был издан особый Универсал, провозгласивший Украину народной республикой. Разумеется, Ленин не мог мириться с таким поворотом. В Харькове был создан ревком под началом большевика Артема (Федора Сергеева). Он поднял восстание против Рады.

11 (24) декабря открылся I Всеукраинский съезд Советов. Помимо объявления Украины советской социалистической республикой, он признал необходимым наладить братские союзнические связи с Россией. В январе 1918-го советская власть восторжествовала в Екатеринославе (ныне Днепр), Одессе, Полтаве, Кременчуге, Елисаветграде (ныне Кропивницкий), Николаеве, Херсоне, Виннице. 26 января (8 февраля) после трехдневных кровопролитных боев под красными знаменами возликовал пролетарский Киев. Большевистское правительство тотчас переехало из Харькова на берега Днепра. Однако продолжалось все это недолго, ибо в апреле 1918-го, по подписании Брестского мира, украинские земли были оккупированы кайзеровскими войсками, которые посадили в главное кресло гетмана Павло Скоропадского.

Успешно действовали коммунисты в пределах Белоруссии, Эстонии и неоккупированной немцами части Латвии. Тут рука об руку с недовольными рабочими выступили распропагандированные солдаты Западного и Северного фронтов. Зато в Средней Азии и Казахстане (так называемой Закаспийской области) борьба велась долго и упорно.

На излете октябрьских дней 1917 года вооруженное восстание охватило улицы и площади Ташкента. Закоперщиками его выступили солдаты и железнодорожники. Плечо подставили красноармейцы из других городов. В середине ноября в Ташкенте состоялся краевой съезд Советов рабочих, солдатских и крестьянских депутатов, образовавший Совет народных комиссаров Туркестанского края во главе с Федором Колесовым. Однако враги коммунизма сдаваться не намеревались. Они учредили в Коканде орган власти под названием Кокандская автономия и повели атаку на Ташкент. Им содействовали возвращавшиеся из Персии казачьи сотни. Удальцы вторглись в Самарканд и иные местные центры. Но в феврале 1918-го красногвардейцы и солдаты отбросили казаков. Кокандская автономия пала. Затем революционная волна перекинулась в Киргизию и Казахстан. Средняя Азия стала советской, за исключением Хивинского ханства и Бухарского эмирата, где баи правили вплоть до 1920 года.

В Закавказье победа нового уклада обозначилась еще осенью 1917-го. В алый цвет революции окрасился промышленный Баку. Там окреп городской Совет, и все попытки свергнуть его заканчивались до поры неудачей. 25 апреля 1918 года был создан Совнарком Бакинской губернии под водительством Степана Шаумяна. Так возникла знаменитая Бакинская коммуна. Вместе с тем на значительных территориях Закавказья воцарились грузинские меньшевики, армянские дашнаки и азербайджанские мусаватисты, на дух не переносившие советские социальные эксперименты. Эти режимы большевики свергли в начале 1921 года. Решительно велась и борьба в казачьих станицах. Ленин с радостью прославлял «период победного, триумфального шествия диктатуры пролетариата и советской власти». Страна летела стрелой в неизвестные сферы.


Яков ЕВГЛЕВСКИЙ

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Войти с помощью: 
Please enter your comment!
Please enter your name here