Украинский мегаполис по-прежнему говорит по-русски

С нового года украинские власти пообещали ввести биометрический кон­троль для въезжающих на Украину россиян. Но пока этого не случилось, обозреватель «Вечёрки»  «проинспектировала» путь из России в соседнюю страну. 

Выбор пришелся на ближайший к российской границе украинский мегаполис – Харьков, куда из Санкт-Петербурга напрямую ни поездом не доехать, ни самолетом не долететь – только с пересадкой в Белоруссии. Пришлось ехать через Москву.

Доехала до бывшей столицы Украины (с 1917 по 1934 год) спокойно – таможенники с вопросами не приставали, в вещах особо не копались.

Харьков, известный своими конструктивистскими зданиями, что роднит его с Санкт-Петербургом, с которым он побратался 14 лет назад, поразил чистотой, гостеприимством, прекрасной выпечкой. И… плохими дорогами.

Порадовало то, что в этом втором по численности населения городе Украины, где живут около полутора миллионов человек, практически все общаются по-русски: в теат­рах, на улице, в транспорте – везде слышна русская речь. Есть даже вывески на русском, а в кафе – меню. Несмотря на сложности военного времени, в Харькове кипит культурная жизнь. Вечером на центральной улице – Сумской – так же многолюдно, как на Невском. В новом органном зале Харьковской филармонии яблоку негде упасть: приходят послушать Баха, Моцарта целыми семьями. Кстати, органный зал находится недалеко от дома, где жила народная артистка СССР Людмила Гурченко. Там же, на Рымарской улице, пять лет назад на здании школы, куда пришла учиться юная Люся сразу после освобождения города от фашистов 23 августа 1943 года, – ныне гимназии № 6, – установили бронзовый барельеф с изображением актрисы.

Настроения в городе разные – от симпатии к России до полной апатии и антипатии – сказывается антироссийская пропаганда. Встретившие меня друзья прямо спросили, не собираюсь ли я извиняться за свою страну, а соседи, с которыми мне довелось общаться, наоборот, на совместных посиделках предложили тост за Владимира Путина.

Вообще настроение у харьковчан улучшилось после того, как немного подросли зарплаты и пенсии. А до этого, как сказала одна моя родственница, даже «борщевой набор» был для нее деликатесом. Средняя пенсия стала 1800 гривен, или около четырех тысяч рублей, а средняя зарплата – чуть больше шести тысяч гривен (что равняется 12 тысячам целковых). Правда, на них не пошикуешь, но выжить можно. «У нас еще хорошо, – говорил подвозивший меня таксист. – Мэр Харькова – Кернес – молодец, занимается городом. По слухам, после сноса памятника Ленину он собрал силовиков и сказал, что на многое закроет глаза, но чтобы здесь не было ни «Правого сектора», ни «Азова», ни «Айдара». И видите – у нас их нет. Эх, его бы в президенты…»

После введения «безвиза» жители Харькова, как и всей Украины, массово поехали в Польшу. Сколько квартир в центре города сейчас продается – такого не припомнить. «Если так пойдет дальше, то скоро на Украине останутся только старики и дети», – вздохнула одна пенсионерка. «Не придумывай, – махнула на нее моя знакомая. – У нас все есть: субсидию можно на квартиру оформить и платить меньше за коммуналку, опять же продукты в социальных магазинах дешевые – всего хватает».

Уезжала я со сложными чувствами… Взяла в дорогу пару книг – воспоминания Андрея Белого «Между двух революций» и репринтное издание Николая Бердяева «Судьба России». Украинские пограничники перевернули весь багаж, просмотрели гаджеты. Интересовались, нарушала ли законы Украины: была ли в Крыму, и если была, то сколько раз. Спрашивали, везу ли иконы, военные награды, антиквариат… Покритиковали меня за литературу – мол, такие книги редкие увозишь, но в конечном итоге ничего не конфисковали: «Судьба России» им оказалась безразлична.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Войти с помощью: 
Please enter your comment!
Please enter your name here