Песни Соловьева-Седого по-прежнему завораживают публику

В Государственной академической капелле выступил Концертный хор Санкт-Петербурга под управлением Владимира Беглецова. Программа была озаглавлена лаконично и емко: «Незабы­вае­мое».

Если зал встает – значит, то, что в нем происходит, кому-нибудь нужно… Это не подвластно никакой режиссуре. Только в России встают не по привычке. У нас вообще с привычками – проблема. Дурные в основном. Поэтому, когда в финале концерта все как один поднялись со своих мест и застыли до окончания песни А. Пахмутовой – М. Львова «По­клонимся великим тем годам», сомнений не возникло: что-то за истекшие полтора часа изменилось в настроении людей, пришедших в Капеллу.

Программа, объединенная заглавием «Незабываемое», осно­вывалась на песнях Ва­силия Павловича Соловьева-Седого, со дня рождения которого мы отмечаем в этом году 110 лет.

«В августе 1941 года Со­ловьева-Седого вместе с поэтом Александром Чуркиным направили в порт, где они, как и тысячи ленинградцев, растаскивали бревна. По окончании длинного трудового дня они присели отдохнуть на борту разгруженной баржи. Был поздний вечер. В заливе, окутанном синей дымкой, стоял на рейде корабль. С него доносилась тихая музыка: кто-то играл на баяне. Когда отправлялись домой, композитор сказал: «Чудный вечер. Стоит песни». По возвращении домой Чуркин сел писать стихи, а Соловьев-Седой – музыку. Через три дня родилась новая песня – «Вечер на рейде». Композитор и поэт понесли ее в Дом композито­-ров. Там песню нашли слишком спокойной, даже заунывной, и, как было сказано, не отвечающей требованиям военного времени. Но в марте 1942 года она все же зазвучала и стала народной» (А. Гончаров).

«Услышь меня, хорошая», «Где же вы теперь, друзья-однополчане?..», «Соловьи», «Подмосковные (а в оригинале – ленинградские) вечера»… Даже просто перечисляя названия, ловишь себя на непроизвольном мурлыканье – эти песни знают все… «Пойте без грима! Здесь не нужны ни тушь, ни румяна!» – вдруг бросил хору Беглецов на репетиции. И произошло чудо, воспроизведенное назавтра во время концерта. Собственно, и концертом это сложно назвать. Казалось, что звучит сам воздух. Наверное, высшая похвала исполнителям – когда о них не думаешь. Не замечаешь филигранного мастерства, помогающего преодолевать умопомрачительные сложности аранжировок, не отвлекаешься на выразительность дирижерского жеста, на роскошь ансамблевого звучания и вокальную свободу каждого из солистов… Подлинное искусство становится незаметным, как естество, как сама жизнь. Вот именно эта естественность и покорила всех собравшихся в Капелле. В зал как будто проникли запахи невской воды, летних ленинградских вечеров. Эта песня в репертуаре хора давно. И принципиально – с изначальным текстом…

Если говорить о драматургии, то нужно еще раз оглянуться на программу в целом. Двенадцать песен Соловьева-Седого, четыре – Высоцкого и три – Пахмутовой. Высоцкий – в зоне золотого сечения. Как взрыв. Как кошмар посреди пусть и небезмятежного, но все-таки выносимого сновидения. «Песня о Земле», «Он не вернулся из боя», «Спасите наши души», «Лирическая». Все – в талантливой обработке Дарьи Новольянцевой, которая тоже пела в Концертном хоре Санкт-Петербурга.

Никогда бы не поверила, что Высоцкий без Высоцкого возможен. Однако – да. Эта версия настолько неподражательна и по-своему неподражаема, что остается только сказать: спасибо. За смелость, за чуткость, за любовь.

И вот – финал. Три песни Александры Пахмутовой. «Бело­вежская пуща» – как напоминание о том, что красота спасет мир. «Ус­талая подлодка» – опять же про любовь. И – «Поклонимся великим тем годам», когда зал встал.

Вот и всё. Концерт в Капел­ле. Концертный хор Санкт-Петербурга под управлением Владимира Беглецова. В следующий раз приходите – не на концерт. Приходите жить.


Наталия ТАМБОВСКАЯ, фото Юлии ДЬЯКОНОВОЙ

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Войти с помощью: 
Please enter your comment!
Please enter your name here