Почему на весь Северо-Запад открыты для посещения только две пещеры

О маршрутах подземных красот «Вечёрка» спросила Антона ЮШКО, секретаря комиссии карстоведения и спелеологии регионального отделения Русского географического общества.

– Вы лично обследовали более двухсот пещер по всему миру. А ка­кие самые интересные пещеры естественного происхождения есть у нас?
– Возьмем пещеры, расположенные рядом с музеем-усадьбой «Рождест­вено». Это Гатчинский район, места, связанные с именем Владимира На­бокова. Одна из пещер называется Святая, находится всего в ста с лишним метрах от музея. Это красивый входной грот и узкие ходы общей длиной 130 метров, по которым передвигаться нужно ползком. Пещера находися на зыбких грунтах, фактически ее стены из песка. Еще течет ручей. Туристам внутреннее пространство показывать нельзя: велик риск обвалов, оползней.

На мой взгляд, самые интересные – пещеры в Выборгском районе рядом с поселком Красный Сокол. Пещеры Сокалинна и Колилинна расположены в скальных гранитах, в нашем регионе это редкость.

– Разве эти пещеры в скалах нельзя превратить в туристический объект?
– Идея заманчивая. Пещеры относительно безопасны и очень красивы, скалы похожи на те, что расположены по берегам каньона в финской Иматре. Если найдут древние свидетельства материальной культуры, то отдельные зоны можно будет «отгородить» от туристов. Например, как в пещере Шульган-Таш в Башкорстане, которую изучали наши экспедиции. Там найдена наскальная живопись эпохи палеолита. По пещере проложен туристический маршрут, но «залы» с живописью перекрыты. Однако точные копии рисунков есть в ближней галерее пещеры. Кстати, эти же копии рисунков воссоз­даны и в Саблинских пещерах, из-за чего некоторые думают, что Саблин­ские – естественного происхождения и в них были стоянки древнего человека.

– То есть не каждый подземный лабиринт можно и нужно открывать посетителям?
– Прежде всего стоит вопрос безопасности экскурсантов. Но есть и другие моменты. Возьмем, к примеру, Танечкину пещеру в Старой Ладоге. Она искусственного происхождения, там раньше кварцевый песок добывали для стекольного производства. С тех пор как рабочие ее покинули, там поселилась и проживает одна из крупнейших в нашем регионе колоний летучих мышей. Откроем пещеру для туристов – нарушим природный баланс.

– Получается, что сейчас только две пещеры искусственного происхождения – в Саблине и в Рускеале – доступны туристам?
– Да, только две, причем не только на Ленобласть, но и на весь Северо-Запад.

Что касается мраморного каньона в Рускеале. На самом деле это бывший карьер, в котором шла добыча мрамора и там совсем недавно начали проводить подземные экскурсии. Теперь же, после тщательного обследования и инженерного обустройства, проведенного с участием спелеологов Русского Географического общества, дано разрешение на экскурсии для всех желающих. Впервые в России там сделана наплавная подземная туристическая дорожка по подземному озеру. Ее длина 200 метров. Рядом заброшенный мраморно-известковый завод может превратиться в индустриальный парк. Возможно, через какое-то время будет еще один туристический объект: Рускеала-2. Это соседний огромный карьер, но уже без подземных выработок. Так что превращение пещер в экскурсионные объекты – это сложный процесс, в который вовлечены власти, спелеологи, экологи, волонтеры, общественность, инвесторы.

– Как вы относитесь к тому, что с пещерами связано множество мифов…
– В черной пустоте подземелий, когда происходит, я бы сказал, сенсорное голодание, в мозгу человека происходят изменения. Кажется, что пещера наполняется сверхъестественным. Отсюда и легенды о душах, не нашедших пристанища, и призраки, и прочее. Но когда к пещерам привыкаешь, начинаешь видеть их особую красоту, то понимаешь – время течет здесь медленнее, ты отрезан от окружающей суеты. Это так. Не зря монахи уединялись в пещеры. Но, побывав в сотнях пещер, могу сказать: да, есть еще не исследованные участки, есть тайны, но сверхъестественного нет. И не ищите.


Фото из архива Антона ЮШКО

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Войти с помощью: 
Please enter your comment!
Please enter your name here