Космос опять в моде. По крайней мере в кино

Начиная с успеха «Гра­витации» Альфонсо Куарона кинематографисты увлечены полетами за пределы земной атмосферы… и не важно, куда дальше. На Красную планету, как в «Марсианине» Ридли Скотта, или сквозь черную дыру за пределы знакомой Вселенной, как в «Интерстелларе» Кристофера Нолана. Космические серии «Звездных войн» и «Звездного пути» переживают настоящий ренессанс с массой сиквелов про отважных звездолетчиков.

У нас вот тоже – несколько лет назад сняли «Гагарин. Первый в космосе», который, правда, не получил особого успеха. А сейчас «Время первых» – история полета Алексея Леонова и Павла Беляева. Полета, который, судя по фильму, проходил почти в непрерывном режиме ЧП. Несмотря на это, Леонов впервые вышел в открытый космос, Беляев впервые посадил космический аппарат в ручном режиме, а после приземления их ждало новое испытание – пришлось провести несколько дней в заснеженной тайге, прежде чем их обнаружила поисковая команда.Космонавтов играют звезды первой величины – Евгений Миронов и Константин Хабенский.

«Время первых». Значит – тех, кто был в самом начале, очень давно. В прошлом. Весь парадокс в том, что космос, который вроде бы ассоциируется с научной фантастикой, с прогрессом, с будущим, на самом деле гораздо устойчивей связан с прошлым, с минувшей эпохой холодной войны и гонки ракетной техники.

Почему сейчас опять кино потянуло на орбиту, прочь с земли? Политический ли кризис и новый виток «прохладной войны» тут виной, но когда земля под ногами кажется не такой уж твердой, а будущее зыбко и неопределенно, вполне понятным становится желание уйти от нависающих действительных проблем под сень героического мифа.Примерно такую работу и стремится выполнить «Время первых». И, как это и случается с мифами, неизбежно впитывает в себя все особенности и трудности настоящего.

Как-то принято в рецензии рядом с фильмом ставить имя режиссера. В случае с «Временем первых» это сделать довольно сложно. Про­дюсеры Тимур Бек­мамбетов и Евгений Миронов сменили за время съемок целых трех постановщиков. Начинали с заслуженным профессионалом Сергеем Бодровым. На его место довольно быстро пришел Юрий Быков, заработавший признание своими остросоциальными драмами «Майор» и «Дурак». Он снял две трети фильма, а потом и его сняли с проекта. Картину заканчивал протеже Бек­мамбетова режиссер и клипмейкер Дмитрий Киселев, в основном известный своей работой над циклом «Ёлки» и над супергеройской «Черной молнией».

Главный аттракцион здесь, конечно, космос. Его, собственно, и снимал Дмитрий Киселев. Сам космонавт Алексей Леонов выступил научным консультантом. По­лучилось достоверно, подробно и впечатляюще. От неземной шикарной жути космоса, от красот Земли далеко внизу захватывает дух, и прямо-таки чувствуешь, каково Леонову в фильме делать этот последний шаг в пустоту.

Не менее красив и финал с таежным приключением космонавтов. Его уже только ленивый не сравнил с «Выжившим» – и, как и фильм Иньярриту, он куда как затянут. Еще больше удлиняют фильм постоянные и довольно надоедливые сентиментальные флешбэки из детства Леонова – природа, звезды, светлячки…

А больше всего вопросов здесь вызывает «земная» часть. Какие-то драмы там намечены – несходство характеров флегматичного Беляева и непоседливого Леонова, конфликт с Королевым, конфликт Коро­лева с начальством… Их мог бы мастерски поставить режиссер Быков. Но в итоге все они максимально стерты. Как советское начальство не допускало утечек информации о проблемах на орбите, точно так же и продюсеры решили, что героический жанр не допускает всяких моральных неоднозначностей.

В итоге получается очередной за последнее время – ностальгический и несколько уплощенный – Советский Союз «для самых маленьких». Уже не для тех, кто помнит его, а для кого СССР изначально был мифом. Александра Урсуляк и Елена Панова, играющие жен космонавтов, здесь такие безу­пречно-искусственные, что похожи на картинки из журнала «Модели одежды». Брежнев, смотрящий в кинозале «Планету бурь», добродушен и слегка карикатурен. Сталинские репрессии вроде бы недавно были, но они – не травма, а повод к дополнительной гордости. «Ведь выжили же как-то!» – говорит Леонов в какой-то момент Сергею Павловичу Королеву.И сам Королев в программном монологе заявляет: «Мы такой народ, который всю жизнь летает в кандалах. Предс­тавляете, что будет, если их с нас снять? Так взлетим, что разобьемся». Кандалы, выходит, – не роскошь, а средство передвижения, вроде троса, надежно привязывающего Леонова к космическому кораблю. Но все-таки играющий Королева Сергей Ильин придает своему герою невысказанную трагическую глубину. В остальном же «Время первых» – полностью фильм нашего времени, как будто бы рожденный этим временем – и не имеющий автора. В этом его проблема. Абсолютно ровный, рассчитанный, как траектория ракеты, хорошо сделанный героический эпос о подвигах прошлого. Он уверенно выходит в космос. И вид оттуда впечатляет, слов нет. Но вот на земле, похоже, ничего не ждет такого, ради чего стоило бы погибать наверху. Поэтому и весь фильм получился как забытый спутник на орбите – светит, но не греет.


Фото FILMZ.RU

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Войти с помощью: 
Please enter your comment!
Please enter your name here