Недавно в Минобороны заявили, что разрабатывают концепцию развития военно-морского кластера в Петербурге. «Санкт-Петербург является кузницей кадров для Военно-морского флота, поэтому вопросам развития в городе и его окрестностях военно-морской образовательной составляющей мы отводим особое внимание», – сказал замминистра обороны Тимур Иванов.

Что такое кластер? В соответствии с определением: кластер – это территориальное образование внутри мегаполиса, представляющее собой относительно автономную единицу и обеспечивающее своим жителям полный набор городских функций – любых.

Проще говоря, это место, где будет всё, всё, всё. Имеется в виду военно-морское образование прежде всего. Давно хочется все военно-морские училища свести воедино – например, в Кронштадте, – объединив старое, отремонтированное, и построив новое по последнему слову, с классами, пособиями, тренировочными базами.

Сколько было когда-то военно-морских училищ только в Ленинграде? По меньшей мере пять. Училище имени Фрунзе выпускало штурманов, имени Дзержинского – механиков, имени Ленинского комсомола – ракетчиков и торпедистов, имени Попова – радиоспециалистов, Пушкин­ское училище – химиков и механиков. Ежегодно выпускали в советские времена больше тысячи специалистов.

А теперь представим, что все военные училища объединят. И что получится? По-моему – кошмар, что получится. Тем более что речь сегодня идет не о тысяче, а о сотне специалистов, но это всё специалисты разные – соответственно, это разные кафедры, разные учебные и тренировочные комплексы и разный профессорский и преподавательский состав.

А что, раньше не объединяли? Объединяли. Это давно у нас идет, с середины 90-х. Все время хочется объединения. Хорошо ли это? Например, сейчас существует ВУНЦ ВМФ – Военно-учебный научный центр, там много чего объединили: и академию, и все училища под единое начало подвели, и 1-й ЦНИИ ВМФ, и все такое прочее, но не до конца – и вот теперь будет до конца. Подозреваю – будет новое объединение.

А что, после объединения вот этого всего в ВУНЦ все у нас сразу лучше заработало?

Быстрее рождаются научные идеи, быстрее они попадают во флот, воплощаются в металл, например?

Нет, но принято считать, что да.

То есть ничего не заработало лучше, количество специалистов уменьшилось в десять раз, а качество их подготовки находится сегодня на уровне «там, на флоте, вас всему научат».

Хочется напомнить, что существует старая теория управления, по которой объединение более 600 человек в принципе управляется плохо и живет как бы само по себе.

Как это модно-креативно звучит – кластер! Подумайте: всё вместе, никуда ходить не надо. Даже преподавателям, наверное, выделят какое-то служебное жилье – ну, чтоб они не таскались из города, а жили себе рядом с работой. Ну, вроде как в Оксфорде.

Но ведь Оксфорд – это традиции образования, которым не одна сотня лет. Он потому и Оксфорд, что там сотню лет ничего не меняется, а только добавляется что-то современное. По чуть-чуть.

А у нас? Сначала сокращение вообще, потом сокращение преподавателей, потом сокращение курсантов, потом объединение – перевод, например, из города в другой город, потом прекращение приема курсантов, потом разруха и запустение на несколько лет, потом оживление… А потом – хочется Оксфорда.

Наставничество будет? Существует же множество военных на пенсии, и они так здорово когда-то служили – просто на грани возможного, ходили в море, они могут же рассказать об опыте, в том числе о нетрадиционных решениях.

Это же флотская традиция, вековая! Зачем на корабле существует кают-компания? Не только для того, чтоб там четыре раза в день принимали пищу в разные смены. Она еще и для «выработки общих взглядов на тактику ведения боя». То есть в ней собирались офицеры, излагался какой-то новый взгляд, и его обсуждали все – всем было интересно, все это записывалось, облекалось в какие-то иные формы – когда-то.

Нет, ничего этого не будет. Будет как с чистого листа.

А как будет? Это пока никто не знает.

Но позвольте, образовательный процесс в непрерывности своей превосходит процесс плавки стали: старые преподаватели передают не только знания, но и свою выправку, походку, манеры, способность мыслить, говорить, доходчиво излагать материал и вообще – влиять на сознание.

Ведь военное образование – это не просто лекции, но и воспитание.

А у нас сейчас образовывают и воспитывают людей иногда те, кто и сам-то в море выходил не часто.

Вот и отлично! Начнем все с самого начала – тем более никого не жаль.

Конечно, бездельников от образования не жаль, но есть же люди, на которых годами держалась кафедра, и я таких знаю, помню. Я помню, как химический факультет, скажем, в Бакинском училище в одночасье перестал существовать. Как он перебрался сначала в Севасто­поль, а потом – и оттуда бежал в город Пушкин. Уехали с факультетом считаные люди, а оборудование уникальное пропало. Возродилось ли потом? Нет.

Переезд для образования подобен не просто пожару, это пожар в умах – остается только пепелище.

То есть спортзал построить можно. Можно построить тренажеры, бассейны, башни, торпедные аппараты, но как перенести научную школу на новую почву, не повредив ее?

И есть ли у нас вообще научная школа? Есть ли что переносить? Большой вопрос.

И даже если все опять создавать заново, то есть ли силы, которые это все опять создадут?

Ведь прежде чем преподаватели начнут выращивать из курсантов флотоводцев, их самих надо сначала как-то вырастить. Может быть, уже что-то есть и на кафедрах происходят какие-то жаркие споры, обсуждаются новые идеи и даже концепции? Может быть, все это происходит регулярно, но ко всему этому привыкли настолько, что и не замечают.

И потом – раньше разные школы соревновались. Напри­мер, штурманы из училища Фрунзе считались грамотными штурманами, но их грамотность отличалась от грамотности штурманов, скажем, Каспийского училища – были свои особенности, штрихи, и все это разнообразие служило на пользу дела.

А сейчас? Когда не будет разнообразия и будет однообразие? Как это все будет сейчас?

Наверное, есть обоснование, серьезные научные выкладки, работы – мол, образование в виде кластера предполагает… и далее следует очень стройная теория, подкрепленная практикой. Очень надеюсь, что есть. Или все это только предполагается?

Скорее всего, предполагается, а пока… опять перестройка в том, что никак не удается хотя бы как-то достроить.


Автор – Александр ПОКРОВСКИЙ, писатель, капитан 2-го ранга в отставке. Фото Льва ФЕДОСЕЕВА

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Войти с помощью: 
Please enter your comment!
Please enter your name here