Якутский нуар – новый жанр или простые истины?

Фильм режиссера Костаса Марсана и продюсера – автора идеи Ма­рианны Скры­быкиной «Мой убийца» уже посмотрели и еще смогут посмотреть не многие. Прокат его ограничен, сборы по стране крайне невелики. Рецензии – от восторженных до возмущенных. А ведь не каждый фильм вообще рецензии заслуживает. А увидеть его стоит – хотя бы затем, чтобы узнать, что есть такой отдельный жанр – якутский триллер, ну или нуар.

Автор этих строк впервые услышала, к стыду своему, о таком явлении, как удивительное самобытное якутское кино, стоящее отдельной строкой в списке нового русского авторского, и даже обрело прозвание Сахавуд. Оказы­вается, якутское кино сегодня в самом тренде, а фильм «Мой убийца» вообще взял на себя смелость выдвинуться на «Золотой глобус».

Детективный триллер «Мой убийца» создан на основе реальных событий, описанных в романе народного якутского писателя Егора Неймохова «Случай на озере Сайсары». В своей квартире убита молодая красивая девушка, сотрудница якутского аэропорта. Следователь Джулус (Вяче­-
с­лав Лавернов) начинает по­иски убийцы, тот очень быстро находится и не отпирается, есть свидетельница, которая его опознает. Сестра убитой тоже уверена в его виновности. Все, дело закрыто, начальник доволен и собрался в отпуск, Джулус наконец-то договаривается встретиться с любимой. Но что-то в этой истории не дает ему покоя, и он решает продолжить расследование…

За простеньким детективным сюжетом – уж простите, автор этих строк догадалась, кто убийца, в середине фильма – спрятано тревожное и горькое высказывание о жизни, скрытой от широкого круга жевателей попкорна. Проб­лемы, которые поначалу выглядят локальными, обернутся в конце концов глобальными. Нам, возможно, кажется, что мы так же далеки от якутских дел, как Петербург
от Якутска, жизнь, как-то связанная в сознании с вечной мерзлотой, покрытая льдом и снегом, для нас – тайна за семью печатями. Что мы, в сущности, знаем не то что о якутском кино – о Якутии вообще? Золото-бриллианты, самоцветы, красавицы со смуглым солнцем на скулах и японскими глазами, слово Саха. Золото – да они буквально сидят на золоте, только моют его, оказывается, как век и два назад, как старатели-пионеры Дикого Запада, – вручную, а сколько его прилипает к нечистым рукам… Вечное проклятое золото, как пелось в давнем культовом фильме, манит нас, золото обманет нас, золото погубит неокрепшие души. Но и это лишь поверхностный взгляд.

Жизнь, которую безжалостно демонстрируют нам авторы, вызывает оторопь. Понять, что все это происходит в наше время, удается, только когда молодые опера достают из карманов мобильники. Городские кварталы Якутска сменяются какими-то ужасающими развалюхами, ободранными, ушедшими в землю домишками, свалками, среди которых на берегу великой реки Лены играют дети и находят трупы… Не лучше выглядит и прииск, куда Джулус приезжает в поисках убийцы. Контраст между золотом, текущим в реке, и нищетой, не только физической, но и духовной, – бьет в глаза, как навязчивый прожектор. Люди, вынужденные торчать в медвежьем – в прямом смысле слова – углу, обуреваемы одним стремлением: вырваться из этой дыры, любой ценой, украсть, убить, сбежать… По утрам сюда приходит медведь, садится на край скалы и смотрит на трактор… Парал­лельные миры не пересекутся, интарсии не случится.

Один из основных козырей этого триллера – безусловно, изумительно снятая оператором Искандером Ивановым природа. Эта картинка настолько самодостаточна, что, кажется, не надо больше ничего объяснять. Переиграть ребенка и кошку нельзя, но нельзя переиграть и горы-реки. Как только на экране появляются горы, ты реально перестаешь дышать, а на языке теснятся толпы банальных эпитетов – величественные, холодные, грандиозные, равнодушные, пугающие… Покры­тые то лесом, то льдом, холодные, далекие, привычные. Смотрят себе, что тот медведь, на копошащихся внизу людишек с их страстями и пороками… Снятая сверху долгая дорога среди вершин такая же извилистая, тоскливая и пустая, как судьбы героев, такая же безнадежно бесконечная, как их стремление к другой жизни.

Закадровый перевод придает фильму дополнительный смак – мы слышим, как в якутский говор вплетаются русские словечки, это выглядит органично и симпатично. Вообще органичность практически всех молодых актеров – не важно, хорошо они обучены или, наоборот, вовсе не учены, – все равно еще один несомненный плюс картины.

Конечно, критик найдет немало поводов для досады и раздражения, фильм и сам будто подставляется: есть сюжетные нестыковки, диалоги часто наивны, штампы, нахватанные из множества детективных триллеров, выдают, с одной стороны, насмотренность авторов, с другой – некоторую беспомощность. Чем-то похоже на картины Пирос­мани – как бы примитивные, простодушные, но обаятельные и лукавые. Простодушный якутский триллер тоже лукавит с нами: здесь все не то, чем кажется. Вот тебе и рваный монтаж, и флешбэки, и параллельно протекающее в разных временных отрезках действие. Внимательный зритель не раз вспомнит то мастера морочить голову Дэвида Линча, то скандинавский нуар; история с девушками-близнецами довольно поэксплуатирована хоррором еще со времен Хичкока, ну а музыкальный саспенс композитора Николая Михеева всю дорогу «дает Твин-Пикса» не хуже Анджело Бадаламенти.

Остаются вопросы… Что нового можно сказать на эту тему? Да, честно говоря, интересно ли нам, каково там живется за тридевять земель от нашей зоны комфорта? Вот в чем загадка этого фильма: простые вроде бы истины, которые тебе на блюдечке преподносят авторы, будто открываются заново, смотришь и понимаешь, что эта смесь примитивизма с высокой трагедией заставляет не отрываться от экрана, а почему – черт его знает.


Автор – Варвара ХОЛОДНАЯ. Фото с сайта KINOPOISK.RU

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Войти с помощью: 
Please enter your comment!
Please enter your name here