На вопросы «Вечёрки» ответила вдова культового музыканта Анастасия Курёхина

На ближайшие два года Центр современного искусства имени Сергея Курёхина разместился на Лиговском, 73, – в здании бывшего Музея хлеба. А здание на Среднем проспекте В. О. проходит капитальнейшую реконструкцию, после которой нас ждет обновленный Центр Курёхина.

О перспективах будущего и о прошлом мы поговорили с директором центра Анаста­сией Курёхиной.

Большие планы

– Очень непривычно встретить вас тут, Анастасия Георгиевна. Как центру живется в Музее хлеба?
– Как видите, мы тут все переделали: покрасили в серый цвет обшивку, вид сразу стал более современный. Искусство мы вывезли из здания, кино­оборудование старое – сохранили для будущего оформления. Что-то отдали на хранение в другие музеи. Сюда не вошли по размерам многие наши масштабные арт-объекты. За месяц пришлось собираться… Срок завершения реконструкции нашего центра – декабрь 2018-го.

– А какое будет там оборудование?
– Механика сцены, кресла, звук, свет. Зал на тысячу мест будет трансформером – и стоячий, и сидячий, сцену и зал можно будет менять местами. Это будет площадка для концертов, кино, экспериментального театра, для перформансов. Мы очень много работаем над акустикой – звук должен быть не хуже, чем в старом здании, в кинотеатре «Прибой» звук был лучший в городе. И теперь это будет самый большой кинозал в городе. Когда мы начали работы, даже пообещали местным жителям, что кино будем показывать обязательно.

– А музей?
– В старом «Прибое» было выставочное пространство – а теперь помимо него будет действовать большой музей. Я за то, чтобы экспозиция была постоянной, чтобы люди, школьники, приходя сюда, видели непрерывную линию искусства от 80-х годов до наших дней. Чтобы были представлены те сообщества, которые формировали эту культуру.

Думали назвать «Музей рок-культуры и авангарда» или «Музей медиамеханики», но остановились на «Музее современного искусства Сер­гея Курёхина». Сейчас мы сделали в формате выставки два первых прототипа музея, в течение года сделаем еще несколько, и к открытию обновленного центра у нас уже будет большая музейная коллекция.

Стал знаменитым после передачи «Ленин-гриб»

– Что войдет в коллекцию?
– Документальные видеоматериалы. Подарки известных художников. Коллекция личных вещей – например, ботинки рок-музыкантов, куртка Цоя. Музыкальные
инструменты. У меня очень большой архив вещей Сергея – я весь его отдаю в музей. Пианино, наверное, не отдам пока… В Ленинграде у него было два пианино. Одно – в Сосновой Поляне. Другое – мое, которое он предпочел всем остальным, и за ним, собственно, и сочинял всё.

– И какой марки?
– «Красный Октябрь», оно с детства у меня… Забавно, что есть люди, которые начинают спекулировать музыкальными инструментами под видом курёхинских. Продают рояли, пианино… А еще – фальсифицируют машины. Один и тот же автомобиль, который когда-то принадлежал моему отцу, до сих пор перепродают из рук в руки как «мерседес Курёхина»…

Еще ходит по рукам «форд», на котором мой папа ездил недолгое время тридцать лет назад… В общем, не верьте никому – Курёхин на автомобилях никогда не ездил, своего у него и не было. И даже когда он мне подарил первую машину, сказал: «Только я к ней подходить не буду вообще». Это была красивая «девятка», жутко тюнингованная, малинового цвета. Такая была только у нас и у певца Малинина.

– А когда, как вам кажется, был самый пик известности Сергея?
– Когда вышла передача «Ленин-гриб», в 1991-м. Она имела очень большой резонанс. В Берлине его узнавали на улице именно как автора «гриба». А многие после передачи думали, что он – писатель-сатирик, и даже не знали, что он музыкант. Даже приглашали его в жюри литературных конкурсов.

– А чем сейчас занят ваш сын Федор? Помню, в свое время он написал роман…
– Да, потом писал пьесы, сценарии. А сейчас поступил на курс Андрея Могучего в Театральную академию, учится на режиссера. Но вообще музыкой он интересуется,
дает мне много советов.

Моя жизнь посвящена Сергею

– Анастасия Георгиевна, тяжело быть в роли публичного человека?
– Это моя жизнь, все происходит органично.

– Началась она после смерти Сергея?
– Да, конечно. Я же была его женой. Сергей считал, что для женщины самое главное – иметь возможность нежиться и капризничать. Конечно, я много помогала ему. Первой слушала записи, читала либретто. Возила его в радиостудию… Но вообще-то он не хотел, чтобы я работала.

А потом получилось так, что заняться сохранением творчества Сергея было просто некому. Я какое-то время ждала, что появится продюсер, вела переговоры. Но оказалось, что никто не берется. Фирма «Длинные руки» Коли Дмитриева, которую он вместе с Сережей основал, выпустила две пластинки. Solid Records потом сделали многое – но так и не закончили «Цветную серию». Все стало пропадать, уходить.

Моя жизнь была посвящена Сергею. И после его ухода жизнь продолжилась в том же ключе.

Наверное, получилось что-то сохранить. Мне нравится то, что мы делаем.

Конечно, хотелось бы поставить современный балет на музыку Сергея. Я даже знаю, как он должен называться: «Господин оформитель» (в свое время Курёхин написал музыку к одноименному фильму. – Прим. ред.). Ищу хореографа, который взялся бы за такую большую работу.


Фото Натальи ЧАЙКИ

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Войти с помощью: 
Please enter your comment!
Please enter your name here