Ричард Макларен обещает вторую часть доклада о допинге 9 декабря

«Вечёрка» уже не раз поднимала тему, в каком непростом положении оказались российские легкоатлеты из-за дисквалификации национальной федерации (ВФЛА). То, что пропустили Олимпиаду, – полбеды. Подав­ляющему большинству атлетов это сильно ударило по карману. Напом­ним, компенсационные выплаты получат только 42 несостоявшихся участника Игр в Рио, а многих, как того же петербургского прыгуна в высоту Алексея Дмитрика, ВФЛА, наоборот, вывела из состава сборной. Теперь Дмитрик как минимум до Нового года вынужден жить и тренироваться на 19 тысяч рублей в месяц. Такую ставку он получает в петербургском спорткомитете. Хотя летом руководители ВФЛА обещали посодействовать, чтобы регионы нашли дополнительные средства для своих спортсменов. Как выяснилось, эти обещания далеки от реальности. Петербургский спорткомитет, как выяснил корреспондент «Вечёрки», мало чем способен им помочь. Бюджет, во-первых, увы, не резиновый: на всех не хватит по определению. Во-вторых, выплаты регламентированы законодательно.

– Практикуется четыре вида выплат питерским легкоатлетам. Первое: ставки спортсменов-инструкторов – их 197, – рассказал корреспонденту «Ве­чёрки» начальник отдела по организации спортивной работы в городском спорткомитете Владимир Куликов. – Второе: выплаты по Социальному кодексу – их получают свыше 700 атлетов. Третье: одноразовые премии по результатам выступлений на чемпионатах Европы и мира, которые объявлены постановлением городской администрации. И четвертое: премии за Олимпиады.

Это всё. Правда, нынче еще прорабатывается вопрос по тем 20 атлетам, кто был в списках олимпийской сборной, но не попал на летнюю Олимпиаду в Рио (например, штангистка Татьяна Каширина), – о выделении каждому из них, а также их тренерам по 50 тысяч рублей компенсации как за участие в Играх. Но не больше.

Кроме того, ситуацию осложняет и то обстоятельство, что руководство ВФЛА само не выполнило некоторые свои финансовые обязательства.
 В частности, по информации из компетентного источника, до сих пор не выданы обещанные гонорары за участие в Гран-при и на соревнованиях «Русская зима». Хотя спонсоры выделили ВФЛА около 500 тысяч долларов на четыре года. Однако эти средства якобы были потрачены на оплату допинг-проб, которые после дисквалификации Российского антидопингового агентства брали британцы. Каждая из них стоит 600 евро, не считая расходов на перелеты и проживание западных допинг-офицеров.

Теоретически в бюджете Санкт-Петербурга можно было бы даже зарезервировать средства на взятие допинг-проб по 600 евро каждая, но дело в том, что эта мера – прерогатива либо Минспорта, либо ВФЛА, либо Олимпийского комитета России.

Взять пробу можно даже у любителей. Неужто даже на пробеге Пушкин – Петербург? Нет, на пробегах «Вечёрки» едва ли будут уличать кого-то в применении запрещенных препаратов. Дело в том, что в этом случае приезд допинг-офицера входит в смету организационных расходов директората, проводящего крупные соревнования, – на всех крупных марафонах не выплачивают призовых, пока не доказана «чистота» спортсмена-призера. Помнится, на марафоне в Лондоне Пола Рэдклифф получила миллион долларов, побив мировой рекорд и рекорд трассы. Но на питерских турнирах не такой высокий уровень призовых, чтобы приглашать допинг-офицеров.

Как долго продлится дисквалификация ВФЛА и когда наши атлеты смогут вернуться на международную арену? 

Из 40 пунктов требований Между­народной федерации легкой атлетики выполнено 36.

Увы, оставшиеся – едва ли реализуемы. Например, создать институт информаторов (попросту – стукачей), которые сообщали бы в международные организации о применении допинга, и провести тотальный опрос всех атлетов, кто хотя бы подозревался в употреблении запрещенных препаратов.

– Я не вполне понимаю, как можно создать в России институт стукачей, – задумалась наставница олимпийской чемпионки в беге на 400 метров с барьерами Натальи Антюх Екатерина Куликова. – В нашей стране эта инициатива не очень приветствуется. Но чем раньше нас вернут в официальную «семью» легкой атлетики, тем лучше. Иначе многие тренеры попросту раз­бегутся, их потом не соберешь.

Одна из ключевых дат, когда многое может проясниться, – 9 декабря. В этот день, напомним, состоятся сразу два знаковых события. Во-первых, канадский профессор Ричард Макларен наконец представит вторую часть своего доклада о допинге в российском спорте. Пусть упор там будет сделан на зимние Игры в Сочи, но тренд будет понятен. А во-вторых, в этот же самый день в ВФЛА пройдут выборы президента. От того, какая фигура окажется на этом посту, тоже будет зависеть отношение к нашим легкоатлетам.

Впрочем, все может оказаться еще гораздо проще. Некоторые эксперты считают, что «накат» на российскую легкую атлетику вскоре сам по себе сойдет на нет. Мол, вся задача состояла в отстранении сборной страны в полном составе от Олимпиады в Рио (это не удалось), а также в попытке лишить Россию проведения чемпионата мира по футболу. Да и могущественные спонсоры, говорят, настаивают на возвращении отечественных звезд в большой спорт – без этого продвигать продукт им якобы неинтересно. Исторического решения ждут в марте – апреле 2017 года.


Фото ИНТЕРПРЕСС

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Войти с помощью: 
Please enter your comment!
Please enter your name here