В Китайском дворце Ораниенбаума открылись новые интерьеры. 

В этом году Ораниенбаум что ни день, то радует новыми открытиями. Недавно «Вечёрка» рассказала о художественном проекте в Большом дворце, посвященном первому владельцу – князю Меншикову. 

А теперь и по соседству, в Китайском дворце, открылись новые залы. Правда, если меншиковская экспозиция – это вольно составленный мультимедийный аттракцион, где посетителя бомбардируют изображениями, звуками и информацией, то в Китайском – полная противоположность: здесь в тишине можно осмотреть точно воссозданные Большой зал и Розовую гостиную, радовавшие пару-тройку веков назад их владельцев.

Закрыт Большой зал был с 2008 года. По словам сотрудников, работы здесь были невероятно сложными. Дворец сильней всего пострадал не в войну, а после нее. Как ни прискорбно – во время реставрации.

– Никоим образом не хочу обесценить тяжкий труд реставраторов, работавших тут и в холод, и в жару. Здесь дело в самой концепции музеефикации, – рассказала журналистам заведующая сектором «Собственная дача» Татьяна Сясина. – Считалось, что вся обстановка XIX века – слишком поздняя, буржуазная, скучная и подлежащая уничтожению.

В архивных документах так и значится: «Всё противоречит отделке XVIII века». Предлагалось даже выбросить всю резьбу XIX века – к счастью, на это не пошли.

После тяжелых переговоров было решено восстанавливать обстановку на 2-ю половину XIX века, когда Ораниенбаумом владели герцоги Мекленбург-Стрелицкие.

Согласились, что все, привнесенное послевоенными реставраторами, необходимо оставить. Весь нетронутый верх зала, датируемый XVIII веком, также остался нетронутым. Заново был сделан только весь низ стены. В послевоенное время ситуацию не удалось исправить из-за высокой влажности.

Вместо того чтобы восстановить искусственный мрамор, стенку просто закрасили. В этот раз мраморные панели заняли свое место, поскольку климат удалось изменить: дворец перешел на консервативное отопление.

Кроме того, паркеты XVIII века были перебраны и возвращены на место. Оригинальный плафон работы Тьеполо был утрачен во время войны – поэтому в 1983 году сюда поместили, отреставрировав, плафон Торелли из Шубинского зала Мраморного дворца. И главное – сюда вернулась аутентичная мебель, пусть XIX века, но все-таки изготовленная специально для этого зала мастером Гютоном: диваны, канапе, каминный экран. Мебель до этого хранилась в фондах Ораниенбаума и Петергофа.

Но основные изменения коснулись Розовой гостиной.

– Здесь очень сложный интерьер: над ним пришлось помучиться, – объясняет заведующая сектором.

Одновременно с отделкой XVIII века – плафонной живописью, паркетом – тут присутствует гораздо более поздняя отделка стен. В XVIII веке тут была масляная живопись в стиле, как сообщают архивные источники, «раскопок Геркуланума и Помпей». Воссоздать это невозможно – точных данных нет. В XIX веке новые владельцы дворца – великий князь Михаил Павлович и его жена великая княгиня Елена Павловна, принцесса Вюртенбергская, – меняют отделку.

– Бенуа не зря писал, что Елена Павловна была человеком очень вдумчивым, образованным, ценившим искусство, – говорит Татьяна Сясина. – Она достаточно сдержанно и со вкусом подошла к замене – не так, как обычно делалось в ее время.

Новый декор был выполнен в стилистике «второго рококо» – он не должен был противоречить общей «екатерининской» стилистике дворца. На розовых стенах накладная резьба, «десюдепорты» – декоративные наддверные композиции – XVIII века и любимого художника княгини Тимофея Неффа. Кроме того, Елена Павловна заказала Тимофею Андреевичу написать еще три панно – с цветами, снопами и амурами. В советское время их демонтировали и отдали в музейный фонд. Оттуда они попали в Павловск, но коллеги пошли навстречу сотрудникам Петергофа и разрешили сделать копии. Три года ушло на их воссоздание.

Заведующая сектором уточнила, что к 2018 году должны открыться еще три очень сложных зала: Штофная опочивальня, кабинет Павла и будуар.


Фото Натальи ЧАЙКИ

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Войти с помощью: 
Please enter your comment!
Please enter your name here