Новость о том, что администрация Петербурга разорвала контракт на строительство стадиона на Крестовском острове с компанией «Инжтрансстрой-СПб», стала хитом в конце минувшей недели. 

Она прочно утвердилась в топ-5 всех поисковых систем, уступая по числу просмотров лишь информации о теракте в Ницце. И только неудачная попытка военного переворота в Турции отодвинула проблему питерского стадиона в информационную тень. Но острота ее от этого не ослабла. Все ждали: каким будет ответный ход подрядчика, который с 2008 года безраздельно властвовал на строительной площадке? «Инжтрансстрой-СПб» держал мхатовскую паузу, отговариваясь тем, что его юристы изучают полученные из Смольного бумаги.

Россия, пожалуй, не знает более многострадальной арены, чем наш «Крестовский». За 8 лет строительства он столько раз дорожал, что теперь и не упомнить. С первоначальных 6,7 млрд рублей он в результате последней корректировки в июне текущего года на 4,3 млрд руб. подорожал до рекордных 39,2 миллиарда.

Почти с каждым изменением цены корректировались и сроки. Так, летом 2007 года Валентина Матвиенко сообщила, что «Зенит» должен сыграть на стадионе свой первый матч в марте 2009 года. Сегодня речь уже идет о декабре 2016 года. Могли бы и подольше потянуть, но иначе просто не успеть к Кубку конфедераций, а без него можно «пролететь» и мимо самого мундиаля.

В ситуациях, подобных сложившейся вокруг стадиона на Крестовском, никогда не бывает стопроцентно правых и абсолютно безвинных. В спорах хозяйствующих субъектов обе стороны преследуют свои цели. И независимо от того, кто победит в конечном итоге, в любом подобном процессе непременно будет пострадавший. Причем, как правило, им оказывается некая третья сторона, напрямую в конфликте не участвующая, но зависимая от его исхода. Таковыми могут стать обманутые дольщики, оказавшиеся у разбитого корыта из-за того, что учредители строительной компании в пылу взаимных упреков пустили по ветру свое предприятие. В случае с «Крестовским» в роли пострадавших могут оказаться престиж страны и петербуржцы, которым так и не доведется посмотреть игры лучших мировых команд живьем на своей домашней арене.

Вопрос лишь в том, как мы докатились до такой ситуации.

Ведь еще 10 дней назад казалось, что мы медленно, черепашьим темпом, но все-таки движемся к завершению арены. Объем работ был выполнен на 85 процентов, и какие-то шевеления на объекте шли.

Гром грянул в четверг, когда представители «Инжтрансстроя-СПб» объявили о начале забастовки рабочих, которые не получают зарплату. Причем подрядчик во всех смертных грехах обвинял заказчика, который своими действиями якобы ставит под угрозу своевременную сдачу объекта.

«Сложилась ситуация, при которой заказчик в лице администрации города делает все, чтобы сорвать сроки завершения проекта. Одна из ключевых проблем вызвана отсутствием утвержденных проектных решений и документации. У нас нет документов, по которым мы фактически должны строить», – говорилось в комментариях компании, опубликованных в интернет-СМИ.

Все это можно было воспринимать как своего рода ультиматум. Одновременно в «Инжтрансстрое-СПб» заявили о попытке рейдерского захвата предприятия.

В принципе любой человек, хотя бы отдаленно знакомый с нашей бюрократической системой, ничего удивительного в такой ситуации, коли она оказалась бы соответствующей действительности, не нашел.

Наша административная машина способна перемолоть и не такой кусок, как стадион на Крестовском. В этой связи вспоминаются слова одного из героев фильма Эльдара Рязанова «Забытая мелодия для флейты»: «Я знаю, как это дело загубить, – надо его организовать и возглавить!»

Но это – лишь один из возможных вариантов развития ситуации. Вполне жизнеспособна и другая версия. Почему бы, к примеру, не допустить, что подрядчик, чувствуя, что ситуация становится критической и флажок на часах, отсчитывающих последние секунды, готов упасть, решил извлечь из этого выгоду? К тому же заказчик, на протяжении всех лет строительства получавший все, что требовал (чего стоят многократные корректировки сметы и сроков сдачи арены), мог быть уверен: теперь, на краю бездны, спорить с ним никто не решится.

И строители пошли ва-банк.  В Смольном на ситуацию среагировали молниеносно. Уже на следующий день стало известно о расторжении контракта с подрядчиком. В вину строителям поставили неоднократный срыв графика, игнорирование замечаний заказчика по неудовлетворительному качеству выполнения работ, отставание на срок от 150 до 300 дней.

Кроме того, строителей обвинили в привлечении недобросовестных либо неэффективных субподрядных организаций, что повлекло за собой возникновение финансовых потерь на сумму 615 млн рублей.

Наконец в администрации отметили, что подрядчик не может объяснить дефицит сметы в 2,5 млрд рублей. Говоря простым языком – деньги исчезли.

Столь быстрая и подготовленная реакция со стороны Смольного может говорить о том, что в администрации к подобному развитию событий были готовы. Просто «Инжтрансстрой-СПб» первый сделал ход в эндшпиле этой партии.

Теперь осталось понять: кто будет достраивать стадион? К чемпионату или нет – уже другой вопрос. Проблема в том, что на стадии готовности 85 процентов столь технологически сложного, большого и уникального объекта увести одного подрядчика и привести другого – крайне трудоемкая процедура. Как делятся в блогах строители, на одно только составление дефектовочных ведомостей может уйти до полутора лет. А в нашем распоряжении – менее полугода.

Кроме того, вызывает недоумение и другой вопрос: если нынешний подрядчик такой плохой, то почему его не убрали с объекта раньше? Ведь высказанные претензии – далеко не первые. Несколько лет назад результаты своей проверки опубликовала Счетная плата. И уже тогда к строителям были претензии.

Кому было выгодно загонять ситуацию в угол? Боюсь, ответа на этот вопрос мы не дождемся. Нам остается лишь запастись попкорном, чтобы со стороны наблюдать за развитием ситуации в роли безмолвных зрителей. Ну хоть какое-то развлечение.


Фото Натальи ЧАЙКИ

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Войти с помощью: 
Please enter your comment!
Please enter your name here