Чтобы попасть на выставку «Кранахи. Между Ренессансом и маньеризмом», которая переехала из столичного ГМИИ им. Пушкина в Эрмитаж, нужно подняться в Надворную галерею Зимнего дворца, преодолев 96 ступеней. 

Раньше здесь, на третьем этаже дворца, обитали фрейлины. Пушкин, увлеченный Александрой Россет, стрелой взлетал по этим ступеням, торопясь к той, что пленила его не только черноокой красотой, но и острым, язвительным умом. Многие из нас годами преодолевали эту лестницу, чтобы посмотреть коллекцию импрессионистов и постимпрессионистов Щукина и Морозова. Третий этаж Эрмитажа был намоленным, культовым местом. А недавно он опустел – картины переехали в Главный штаб. Сегодня пустые залы окнами на Дворцовую площадь заняты картинами Лукаса Кранаха-старшего и младшего, а также их многочисленных учеников и последователей.

Музейное сотрудничество

Совсем недавно из-за коллекции Щукиных и Морозовых между двумя крупнейшими музеями разгорелся спор – помните, как Ирина Антонова требовала отдать эрмитажных импрессионистов и постимпрессионистов в Москву? А сегодня руководство ГМИИ им. Пушкина, которое и было инициатором этой международной выставки Кранахов – ярчайших художников Северного Возрождения, пошло навстречу Эрмитажу.

Впрочем, в Петербург приехали не все работы, которые были в Москве. В Эрмитаже нет картин из замка Фриденштайн в Готе (Германия) – просто немецким музейщикам поздно сообщили о том, что хотели бы продлить пребывание выставки в России, чтобы показать в Эрмитаже, и они не успели уладить формальности.

Мудрый, Твердый и Великодушный

Жизнь самого Лукаса Кранаха-старшего – пример того, как можно быть успешным и благополучным при любом политическом режиме. Он работал и благоденствовал при трех саксонских курфюрстах – Фридрихе Мудром, Фридрихе Твердом и Иоганне-Фридрихе Великодушном. Мудрый пожаловал художнику дворянство. Личным гербом Лукас Кранах-старший избрал крылатого дракона, который держит во рту рубиновый перстень. Этот крылатый змей присутствует на многих его картинах. До личной трагедии художника – безвременной смерти одного из его сыновей, Ганса, в 1537 году – крылья дракона были подняты вверх, после – крылышки поникли.

IMG_1855

За Иоганна-Фридриха Великодушного Кранах сосватал юную принцессу Сибилу Клевскую. Был ли он сам влюблен в нее? Сведений об этом нет, но Кранах писал ее портреты и бесконечно тиражировал ее черты в своих мадоннах и античных богинях и нимфах. На выставке есть «Женский портрет» (эрмитажный), в котором узнаются эти черты – высокий лоб, лицо в форме сердечка, с маленьким подбородком, тонким носиком, чуть припухлыми, словно заспанными, раскосыми кошачьими глазами.

Один из центральных экспонатов эрмитажной выставки – знаменитое полотно «Венера и Амур», которое поступило в наш музей еще при Екатерине Второй. Для времени Кранаха оно было революционным, ведь художник изобразил богиню в полный рост, обнаженной, обыграв ее наготу прозрачной лентой, которая вьется вокруг ее тела, ничего не скрывая.

– Вероятно, эта картина предназначалась для покоев еще более интимных, чем спальня, – рассказала куратор выставки Мария Гарлова. – Просто так ее напоказ не выставляли. – Картина носит явный эротический характер, но в ней заложена идея губительности страсти.

Об этом – и надпись на картине: «Силами всеми гони купидоново ты сладострастие, иначе твоей душою слепой завладеет Венера».

«Я здесь стою, я не могу иначе!»

Времена, в которые выпало жить Кранаху, были неспокойными. Художник жил в Виттенберге, том самом городе, где Мартин Лютер в 1517 году прикрепил к замковой церкви свои знаменитые 95 тезисов, ставшие началом Реформации, протеста против католической церкви и власти римских пап.

Лукас Кранах-старший не просто поддерживал Мартина Лютера, чей портрет его кисти есть на выставке (грубоватое, мужицкое лицо), – он был его верным другом. Но это не мешало ему писать и портреты католических иерархов, к примеру, епископа Альбрехта Бранденбургского, который с одобрения папы Льва X начал торговлю индульгенциями, в том числе и ради личной выгоды. А ведь именно отпущение грехов за деньги стало последней каплей, которая подвигла Мартина Лютера начать Реформацию. И начался ад – религиозные войны, реки крови, Варфоломеевская ночь.

Фабрика Кранахов

Любопытно сравнить ранние работы Кранаха-старшего и поздние. Уже упомянутая «Венера и Амур» (Эрмитаж), «Адам и Ева. Грехопадение» и «Мадонна в винограднике» (ГМИИ им. Пушкина), «Святой Иероним в пустыне» (Картинная галерея Берлина), «Мадонна и младенец с гроздью винограда» (собрание Тиссен-Борнемиса, Мадрид) являют нам особый стиль Кранаха во всем блеске. Но есть и много работ, в том числе поток портретов, иного свойства.

IMG_1919

Мастерская Кранаха работала как фабрика.

– Посмотрите на этикетки, – говорит куратор выставки Мария Гарлова. – «Кранах-старший». «Кранах-старший и мастерская». «Школа Кранаха-старшего». «В манере Кранаха-старшего». То же самое и в случае с Кранахом-младшим, сыном художника. В мастерской Кранаха трудилось много помощников, у каждого были свои обязанности. Сам мэтр выдавал клише. Кто-то (обычно самые талантливые мастера) писал лица, другие – руки, третьи – одежду, четвертые – фон. Это была такая своеобразная фабрика, конвейер.

А ведь была еще и целая армия подражателей Кранаху. Это заставило исследователей ломать голову над проблемами атрибуции.

И сегодня случаются открытия. Одно из них (вернее, целых два) представлены сейчас в Эрмитаже.

Речь о двух рисунках, которые искусствовед Эрмитажа, хранитель западноевропейских рисунков Алексей Ларионов совсем недавно атрибутировал как выполненные Лукасом Кранахом-старшим.

Их можно увидеть в самом последнем зале Надворной галереи, где показана графика Кранахов: «Распятие с предстоящими Богоматерью и святым Иоанном Евангелистом» и «Мистическое обручение святой Екатерины Александрийской».


Автор: Юрий ОБРАЗЦОВ

Фото: Наталья ЧАЙКА

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Войти с помощью: 
Please enter your comment!
Please enter your name here