Заслуженный художник РСФСР и директор Санкт-Петербургского государственного академического художественного лицея им. Б. В. Иогансона Российской академии художеств (РАХ) Лариса Кириллова, осужденная за растрату 99 миллионов рублей, выделенных на реконструкцию базы творческой практики лицея, не согласна с квалификацией ее деяний.

Кириллова собирается обжаловать решение Василеостровского районного суда, по которому ее приговорили к 5 годам лишения свободы условно и к 200 тысячам рублей штрафа. Приговор не вступил в законную силу. Лариса Николаевна по-прежнему находится под домашним арестом.

Корреспондент «Вечернего Санкт-Петербурга» присутствовал на суде и общался с осужденной.

Лариса Кириллова — член-корреспондент АХ СССР (1988) и действительный член Российской академии художеств. Ее работы находятся в фондах Русского музея и Третьяковской галереи. Будучи сначала педагогом, а потом и руководителем лицея при РАХ, Лариса Кириллова воспитала сотни художников, среди которых такие имена, как Михаил Шемякин, Илья Глазунов и другие. Многие ее бывшие ученики пришли в суд, чтобы поддержать своего педагога.

Кириллова, находясь под домашним арестом, пришла в суд в сопровождении родных.

Одновременно с Кирилловой по этому уголовному делу о растрате проходил начальник Управления капитального строительства (УКС) PAX и вместе с тем соучредитель и руководитель компании-подрядчика «Узакон-строй» Андрей Узун. Только ранее из-за болезни Кирилловой дело Узуна было выделено в отдельное производство, и он был осужден тем же Василеостровским судом и приговорен к 5,2 годам лишения свободы и 500 тысячам рублей штрафа за организацию растраты средств, выделенных на ремонт и реконструкцию нескольких объектов РАХ, в числе которых и вышеупомянутый лицей, и здание Академии художеств на Университетской набережной, и знаменитые репинские «Пенаты». На его счету растрата около 300 миллионов рублей из средств, выделенных целевым образом в рамках празднования 250-летия РАХ.

В деле, одним из фигурантов которого стала Кириллова, по версии следствия, проведенного Следственной службой УФСБ России по Петербургу и Ленинградской области, в 2008 году Узун, занимая должность начальника УКС PAX и «Узакон-строй», совместно с Кирилловой совершили хищение бюджетных денежных средств в сумме более 99 из 117 миллионов рублей, выделенных на реконструкцию базы творческой практики Лицея в Юкках. Речь, по данным следствия, идет о строительстве педагогического, ученического корпусов, котельной и благоустройстве территории.

По данным обвинения, из общей суммы растраты Узун легализовал 88 миллионов рублей.

Формально обвинение утверждает, что Кириллова подписала 7 актов приемки выполненных работ, не отвечающих заявленным объемам, а также 7 платежных поручений по оплате этих работ.

Кириллова свою вину не признала, уверяя, что ставила подписи на бумагах, где уже стояла подпись президента РАХ Зураба Церетели.

«У меня не было оснований не доверять компетенции целого аппарата РАХ, чьи подписи кроме подписи Церетели также стояли на документах», — сообщила в своем последнем слове Кириллова.

Также, по словам Кирилловой, она неоднократно обращалась к Церетели и другим руководителям РАХ, информируя их о том, что работы на творческой базе по контракту не выполняются, и просила принять меры.

Кириллова до последнего не признала своей вины.

Узун принял все обвинения, а на суде неоднократно утверждал, что Кириллова была не в курсе его махинаций и не знала, что подписывает, и не могла проконтролировать ход реконструкции, поскольку не является специалистом в этом вопросе. Собственно за ходом работ, по словам Узуна, должны были следить специалисты УКС РАХ.

Тем не менее суд не нашел оправдывающих мотивов в деле о растрате, посчитав, что все объяснения Кирилловой — это попытка избежать наказания. В приговоре судья Анатолий Ковин позволил себе рассуждения. Если Кириллова писала письма руководству о ненадлежащей работе подрядчика, то почему она продолжала подписывать акты и платежки? Если сотрудники лицея говорили ей, что работы на творческой базе не ведутся, то почему она не поехала и не проверила, а продолжала подписывать финансовые документы? Также на позицию суда повлияла и всплывшая информация об однокомнатной квартире, которую Кириллова купила своей семье в те годы. Корреспондент «Вечёрки», наверное, впервые слышал приговор суда, в котором сквозили эмоции судьи. И выводы были простые: если ты занимала пост директора, если ты позволила себе нарушения, то за них придется ответить.

Но судья также эмоционально отметил заслуги художника Кирилловой, незапятнанную до сих пор репутацию ее, как сотрудника лицея, положительные характеристики из всех учреждений, которые вступились за Ларису Николаевну, отзывы коллег. И заявил, что конечно, обвинение в растрате она заслужила, но не заслужила наказания, связанного с лишением свободы. Поэтому 5 лет — условно и штраф 200 тысяч рублей. Гражданские иски по возмещению ущерба суд оставил на усмотрение потерпевшей стороны — распорядителя средствами федерального бюджета, а именно РАХ. (Гражданские иски рассматриваются Приморским районным судом. — Прим. ред.)

Как заявила Лариса Кириллова корреспонденту «Вечернего Санкт-Петербурга», она будет обжаловать приговор:

— Меня не устраивает статья. Я доверилась Узуну и другим сотрудникам РАХ. И подписывала то, что они просили и при этом обещали доделать все, что полагалось. Но никакой выгоды я с этого не получила. Квартиру купила на свои деньги, копила. Что касается контроля за строительством, то мне не имело смысла ездить в Юкки. У нас сейчас система такая, что моего взгляда на недостроенные объекты недостаточно. Для бюджета нужна техническая экспертиза, которую я должна была бы нанимать, а у лицея таких денег не было. Тем более контролем за строительством должно было заниматься управление Узуна, которому, повторюсь, я доверяла.

Поэтому я заявляю, что могу признать обвинение в халатности, но не вину в растрате.

Так что Кириллова продолжит отстаивать свою позицию. Но родные уже порадовались, что Ларису Николаевну не отправили в колонию, а оставили дома, правда, под домашним арестом (который сейчас обеспечивается специальным браслетом и контролем передвижения), поскольку приговор обжалуется и мера пресечения при этом остается неизменной.


Михаил Телехов

2 КОММЕНТАРИИ

  1. Спасибо Михаилу Телехову за профессиональное, не предвзятое освещение сути дела. Удивительно, профессионал корреспондент видит все в истинном свете, а наши “юристы” за 2 года так и не смогли разобраться? Или у них там премию дают за “раскрытие” и “наказание”? непонятно… Верховный Суд надеюсь разберется

  2. для Михаила Терехова уточнение в статью, порадовались не родные а коллеги. Родные просто “выдохнули с облегчением” приговор – это поражение, порочащее имя и и достоинство Кирилловой.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Войти с помощью: 
Please enter your comment!
Please enter your name here