Легендарный ТЮЗ делает ставку на традиции и на молодые имена. 

Санкт-Петербургский театр юных зрителей им. А. А. Брянцева сегодня попал в топ самых ярких и последовательных организаторов фестивального движения в российской театральной жизни. В декабре 2015 года ТЮЗ  был отмечен премией правительства Российской Федерации  в области культуры за создание и развитие Международного театрального фестиваля «Радуга».

О том, какое значение имеет фестиваль в стране и за рубежом, какой язык выбрать для общения с молодым зрителем, как сохранить традиции и при этом оставаться актуальным и как сохранить статус театра для детей, мы поговорили накануне дня рождения (23 февраля театр отметит 96 лет!) — с директором Санкт-Петербургского ТЮЗа Светланой Лаврецовой.

— Светлана Васильевна, время нынче за окном морозное, суровое, экономически нестабильное, опять же, угроза терактов — все это вместе, мягко скажем, не слишком располагает к восприятию искусства. Кто-то наверняка думает: как бы выжить, не потерять работу, не надорвать здоровье. Эти настроения отражаются сегодня на зрителях? Какая атмосфера в театре?

— Я всегда говорила, что театр непредсказуем. Бывает, что много вложено средств, а зритель не приходит. А бывает, почти и рекламы никакой, а успех ошеломляющий. Случалось так, что эпидемия гриппа бушует, а у нас битком набиты залы. В этом году что-то вообще удивительное произошло. Несмотря на экономическую нестабильность и повсеместное повышение цен (кроме наших билетов), наши зрители, наоборот, будто спохватились и бросились в театр — удивляться, смеяться, сопереживать. В новогодние каникулы и после них залы просто переполнены!

— Петербургскому ТЮЗу скоро сто лет. Он был первым театром юных зрителей в стране. Трудно ли сохранять преданность детской аудитории столь долго?

— Многие ТЮЗы в России поменяли статус, стали молодежными, изменили концепцию развития, идеологию. Новосибирский ТЮЗ превратился в «Глобус», Орловский стал «Свободным пространством». Такие процессы происходят обычно с приходом нового главного режиссера или художественного руководителя. Конечно, это нелегко — вести столько лет избранный когда-то курс, при этом надо не устаревать, а двигаться в ногу со временем. Но у нас в театре, видимо, закваска очень сильная. Те традиции, которые были заложены еще основателем театра Александром Брянцевым, а потом продолжены и развиты Зиновием Корогодским, бережно передаются из рук в руки. В театре всегда работала команда: художественный руководитель, директор, режиссер, актеры, педагоги.  Корогодский подчеркивал, что у нас театр не  юного зрителя, а юных зрителей. Речь шла о том, что театр собирает большие залы, режиссеры ставят не узкие задачи, а глобальные, воспитательные, направляющие молодое поколение в жизни, в выборе дороги, профессии. У нас уникальная сцена — арена, радиальная, у нас единый партер, в котором с 6 — 7-го ряда видно и слышно даже лучше, чем в 1-м или во 2-м. В том, что артисты работают не на возвышении, а внизу и зрители всегда видят происходящее, есть некий демократизм, и это очень оценили организаторы премии «Золотой софит»: четвертый год церемония награждения лауреатов проводится именно у нас. Зрители любят наш зал, любят наши спектакли, наших неутомимых актеров, мы остаемся театром для всех поколений: дети приходят сюда с родителями, и молодежь тянется сюда и заново открывает для себя ТЮЗ. Мюзикл «Ленька Пантелеев» в постановке Максима Диденко и Николая Дрейдена собрал огромную молодежную аудиторию. Надеемся, что будет много поклонников среди подростков и у нашего премьерного спектакля «Гофман. Видения», который поставил молодой мексиканский режиссер Рикардо Марин. О поисках любви и правды мы стараемся говорить не в лоб, а новыми средствами, иносказательно, философски, метафорично. Многие театры в стране поставили «Тома Сойера», решив его по-разному. Режиссер Екатерина Максимова на нашей сцене придумала очень интересный ход с использованием видеопроекций. В финале выходит тетушка Полли с книгой «Том Сойер» и, обращаясь к залу, говорит: компьютер и телефон могут подвести, а книга всегда остается. Уверена, что чтение, волшебное листание пожелтевших страниц — это настоящее искусство.

 

"Том Сойер"
«Том Сойер»

 

— В театре нужно говорить о вечном?

— Стремиться выходить на уровень вечного нужно в каждой работе. Как это происходит у нас в спектакле «Летучкина любовь». Каждый подросток проходил этот период — обижаться на взрослых и думать, что его смерть заставит старших пожалеть о том, что они обходили его вниманием, не ценили, что-то запрещали. Увидев эту ситуацию в спектакле, любой юный зритель в зале эмоционально проникнется состоянием взрослого человека и что-то больше поймет о любви близких людей. Если в театре берутся за животрепещущие социальные темы, как это любят делать в Бельгии, Германии, Швеции, Финляндии, то спектакль надо обязательно выводить на уровень профессионального искусства и не ограничиваться воспитательной функцией.

«Летучкина любовь»
«Летучкина любовь»

 

— Почти сто лет идет на сцене «Конек-Горбунок», и дети на него с удовольствием ходят, да и взрослым спектакль нравится. В чем феномен?

— Мы бережно храним этот спектакль, это визитная карточка ТЮЗа. Тюзовская уникальность состоит в том, что мы легко импровизируем с самым разным материалом, традиция не превращается в догму, школа не довлеет над способом существования, а выступает подспорьем. Главным остается доверительность общения со зрителем, искрометность, легкость. Вспомните, как изящно это демонстрировала на своем юбилейном вечере народная артистка Ирина Соколова! Тюзовская выучка! Мы рады, что наш театральный опыт ценится не только в российском театре, он известен и изучаем во всем мире. Томики Брянцева я видела в театрах Америки, Японии, Китая. С Китайским детским театром мы давно дружим и плотно сотрудничаем уже три года, и видим плоды — они начали применять нашу школу вовсю. А недавно заслуженный артист России Сергей Шелгунов ездил во Вьетнам с правительственной делегацией и делился нашим опытом, которому более 90 лет.   

— Строгая петербургская публика тем временем недоумевает: в ТЮЗе экспериментатор Дмитрий Волкострелов выпускает Беккета,  работает с текстами Ивана Вырыпаева, а приверженец театра жестокости Николай Рощин собирается ставить абсурдистских «Носорогов» Ионеско…

— Поиск новых авторов и новых форм — это обязательная составляющая существования театра. Ну а как сегодня не пробовать, не экспериментировать, не рисковать и оставаться интересными, неожиданными, способными удивлять? У молодого зрителя всегда будут присутствовать протестные настроения, да я и себя вспоминаю в этом возрасте — хочется нового, революционного, разбивающего стереотипы. Мы обязаны учитывать разные настроения и потребности зрителя. Потому не только традиционная классика, не только школьная библиотечная программа, не только реалистическое проживание, а вот еще и Ионеско, и  Беккет. Мы рады, что имя талантливого молодого режиссера Димы Волкострелова, лауреата нескольких престижных премий, было во многом открыто именно в нашем театре. Кто-то из критиков назвал его эксперименты «дорогой в никуда», я же вижу обратное: это всегда путь в неизвестное, путь в фантастическое и бесконечное, путь, который человек проделывает сам в себе, находя свою галактику. Волкострелов, сам прекрасный актер, намеренно уводит участников спектакля от игры, приглушает ее, чтобы вытащить новые смыслы и способы коммуникации со зрителем. Дмитрий, ученик уважаемого мастера Льва Додина (в свое время работавшего в ТЮЗе в команде с Зиновием Корогодским) сумел, оттолкнувшись от классической школы, найти совершенно новые театральные формы. И мы рады, что в экспертном совете «Золотой маски» оценили режиссерские поиски и номинировали спектакль «Беккет. Пьесы» на премию. Меня удивляет другое: эксперты «Маски» никак не удостоили вниманием спектакль Руслана Кудашова «Маленькие трагедии», где потрясающе играет Скупого Николай Иванов, где такими неожиданными получились Моцарт — Олег Сенченко, Сальери — Валерий Дьяченко, где происходит виртуозный диалог старого с новым. Вот это непонятно и необъяснимо.

«Беккет. Пьесы»
«Беккет. Пьесы»

— Конкурсы, премии — субъективная история. Иногда это битва чьих-то интересов, и талантливые вещи просто не попадают в эту орбиту…

— Конечно, вы правы. И все же официальное признание, оценки на высоком профессиональном уровне важны. Это поднимает престиж театра, его роль, вдохновляет режиссеров и актеров. Для нас было важно и почетно получить премию правительства за создание и развитие Международного фестиваля «Радуга». До этого нашему театру давали государственные награды и звания за педагогическую и воспитательную работу, за режиссерские или актерские достижения. А вот за фестивальную работу — впервые.

— Что же вы считаете главным, когда в очередной раз вы устраиваете фестиваль «Радуга»?

— На фестивале, который в этом году состоится в 17-й раз, происходят не только показы театральных новинок из разных стран и регионов России. Это, прежде всего, круглые столы, семинары, мастер-классы, конференции, актерские и режиссерские лаборатории. Вот за это мы и получили премию, за этот ежегодный взыскательный творческий разговор, за поиск новых имен. Мы соединяем в Северной столице многих руководителей, режиссеров и представителей театров. И нас, как и в начале пути, волнует современная драматургия. Когда мы придумали наш фестиваль — много лет назад, — то современной драматургии для подростков почти не было. Тогда были известны и широко ставились по России разве что пьесы Ксении Драгунской и Михаила Бартенева.

— То есть, вы хотите сказать, что фестивалем «Радуга» вы побудили драматургов писать пьесы для детей?

— В какой-то степени да. Первый наш фестиваль мы хотели назвать «Радуга зимой» — по названию спектакля Зиновия Корогодского, который шел в театре. Мы провели первый фестиваль в феврале, холодной зимой. Потом  поняли, что гостям интересно приезжать, когда в Санкт-Петербурге белые ночи, и перенесли сроки на май — июнь.

— Говорят, критики театральные вначале без восторга восприняли инициативу…

— Да, было недоверие, как ко всему новому. На первую «Радугу» мы позвали режиссеров только российских, пригласили спектакли, которые отражали концепцию развития каждого театра. Приехал из Ростова-на-Дону Володя Чигишев — с нашумевшим мюзиклом «Собаки». Приехал из Орла Саша Михайлов, создавший «Свободное пространство». И, тем не менее, на взгляд критиков, фестиваль был несколько консервативный, из-за отсутствия премьер, спектакли были на выбор худрука. Это сейчас мы стараемся на «Радуге» показывать премьеры, которые, кстати, часто потом номинируются на «Золотую маску». Возглавлял жюри тогда бессменно Лев Гительман, возможно, кого-то не устраивали критерии оценок. Кстати, мы потом вообще от соревнования, распределения мест отказались. Однако, подчеркну, мы упорно шли к цели и первые фестивали провели без финансирования. Город, увидев, что запала и азарта у нас хватает, на третий год уже помог нам с выделением средств. Мы вышли на международный уровень, у нас выстроились отношения с театрами из Германии, Польши, Франции, Сербии, Голландии, Скандинавии, Балтии, Японии, Китая. И профессиональное театральное сообщество теперь к нам настроено весьма благожелательно. А если звучит критика — это тоже неплохо: как говорится, на то и щука в реке, чтобы карась не дремал.

— Как уследить за всеми тенденциями, как не пропустить знаковых имен? Это же целый процесс!

— Вот мы и работаем командой. Это всегда подробные и очень взыскательные обсуждения: кого нам сегодня важно пригласить, это просмотр спектаклей на различных фестивалях, выезд в другие города и страны, тесное общение с критиками, театроведами, худруками.

— 2016-й только начинается, и наверняка можно подвести какие-то итоги года минувшего. Вы, как директор, довольны чем-то достигнутым?

— Конечно. У нас, как всегда, было много инициатив, и они получили свое развитие. Помимо премьер и фестивалей, к числу которых относится и международный Брянцевский, где дети показывают свои сценические работы, и конкурса рисунков «Театр глазами детей», лично я очень  горжусь тем, что в конце года во второй раз был проведен силами нашего театра и телеканала «Санкт-Петербург» телепроект «Герои нашего времени». На сцену выходили реальные герои, живущие среди нас — врачи, ученые, многодетная мать, спортсмены — и актеры, которые создали героические образы в кино и на сцене. Надо было видеть удивленные и восхищенные глаза школьников, которые впервые, может быть, узнали о Михаиле Боброве, альпинисте, спортсмене, почетном гражданине Санкт-Петербурга, укрывавшем шпиль Петропавловского собора и купол Исаакия во время войны. Увидели реальных пулеметчиц и актрис из картин «А зори здесь тихие…». Этим проектом мы охватили не только зрительный зал нашего театра — а это 800 человек, — но и огромную аудиторию телезрителей, которые могли посмотреть онлайн-трансляцию на канале «Санкт-Петербург». Мы развезли диски по школам. Думаю, это прямое ощущение причастности к тем делам, которые происходят рядом с тобой, к тем маленьким поступкам, которые мы совершаем каждый день. В этом и есть патриотизм.

"Конек-горбунок"
«Конек-горбунок»

— Как вы смотрите на нашу молодежь?

— С оптимизмом! Я сегодня увидела, как молодой водитель остановил машину, чтобы поднять упавшую на пешеходной части старушку. Ну как не гордиться  поступком этого человека! Думаю, молодежь у нас большей частью прекрасная, думающая, чувствующая, с ней надо обязательно разговаривать, обсуждать важные вещи, в том числе то, что они видят в театре. Раньше эту роль в ТЮЗе выполняло делегатское собрание. Сегодня его заменяет форум в социальных сетях, который ведут наши активисты-педагоги. Я не очень люблю соцсети, считаю, что они лишают людей живого общения, но, тем не менее, благодаря им мы можем составлять рейтинг интереса к темам, проблемам, которые поднимаем в театре. И думаю, опять же, не дело взрослых огульно отрицать интернет-общение наших детей, а попробовать разобраться, что оно им несет, каким языком они говорят в этом пространстве, что их волнует. Потому я считаю важной историей показ на прошлой «Радуге» латвийского моноспектакля с участием актера Андриса Булиса в постановке Галины Полищук «Facebook. Life», после которого многие школьники вспоминали: надо позвонить родителям, сказать им что-то теплое, а не отделываться бездушной эсэмэской.

— Важно и родителям звонить своим детям, чтобы не опоздать, предупредить беду. Про это вышло подряд два серьезных фильма: «Училка» и «Зеленая карета». Можно причислить к ним и «Клинч» — дебют Сергея Пускепалиса…

— Да, это процесс обоюдный, взрослые тоже сегодня жертвы технического прогресса, ускоренного ритма жизни, озабоченные карьерой и выживанием, у которых не хватает времени на собственных детей. Конечно, мы обязательно будем говорить в театре. Самыми разными способами. Главное, чтобы нас услышали.


 

Беседовала Елена Добрякова

Фото Стаса Левшина