Корреспондент «Вечёрки» посмотрел фильм Курзеля «Макбет».

Последние дни ноября расцветила ожидаемая премьера «Макбета». Прекрасная экранизация каннского любимца Джастина Курзеля уже получила немало восторженных оценок, теперь и у зрителя есть возможность к ним присоединиться.

Бессмертный шекспировский сюжет прочно вплетен в культурную канву и дал начало другим значительным художественным произведениям. Можно вспомнить повесть Лескова «Леди Макбет Мценского уезда» и одноименную оперу Шостаковича, а также оперу Верди «Макбет», которая есть в репертуаре Мариинки. Заглавие романа Фолкнера «Шум и ярость» — это слова из знаменитого нигилистического монолога Макбета после смерти леди Макбет. Три ведьмы-пророчицы всплывают то тут то там. Знать пьесу необходимо, и вполне классическая трактовка Курзеля замечательно подходит для первого знакомства с этим сюжетом. Искушенный же зритель по-своему оценит фильм и сможет порассуждать на темы, затронутые в многогранном тексте.

Считается, что великой пьесе Шекспира везло с переносом на экран. Это и постановки Орсона Уэллса, Куросавы, Поланского, и ряд фильмов, где действие происходит в современных реалиях. «Макбет» Курзеля создан в мрачно реалистичной манере, что является последнее время неким трендом в постановках исторических фильмов, понимаемом как аутентичность. Можно вспомнить «Королеву Марго» Патриса Шеро и «Храброе Сердце» Мела Гибсона. Но Курзель не особо уклонился в насыщение экрана экшном, он придал течению фильма несколько тягучий ритм и, сделав монотонные пейзажи Шотландии полноправным действующим лицом, растворил в них и натурализм сцен, и пышную театральность текста. Под стать видеоряду протяжные бархатные звуки контрабаса (саундтрек с фольклорными нотами Джеда Курзеля).

Вообще промозглые туманные холмы Шотландии с тянущейся по ним шеренгой воинов, подобной муравьиной веренице, навевают мысль о справедливости концепции географического детерминизма, утверждающей, что общественное развитие, а также физические и психологические черты людей есть следствие влияния природных сил. Особенно это влияние сказывалось в древний, языческий период истории. Человек тогда в большей степени был частью природы. В столь суровых условиях мог выжить, только двигаясь, осуществляя внешнюю экспансию, захватывая земли, ресурсы и людей. ХI век в Шотландии, когда происходит действие пьесы, с его междоусобными распрями, военным присоединением земель и внешними вторжениями, еще не вполне охвачен облагораживающей христианизацией. Наблюдалось противостояние кельтской христианской и римской христианской церквей, сильны были в то же время влияния язычества с присущим ему понятием предопределенности и почитанием природных сил. Макбет (Майкл Фассбендер) — производная всех этих влияний, вполне язычник и фаталист. И леди Макбет (Марион Котийяр) — тоже, хоть она и проводит в фильме много времени распростершись в деревянной церквушке. Но может быть, именно уже влияние христианских заповедей, запрета на убийство вносит раскол в сознание героя, привыкшего решать вопросы с применением насилия. Когда постоянно находишься в состоянии войны, это ведь обычное дело. Трудно утверждать, что сейчас проблемы решаются по-другому, разве что не приходится буквально отмывать руки и клинки от крови в ледяной воде после ударов по цели с самолетов. Следует отметить, что сцены и битв, и убийств показаны хоть и буднично натуралистично, но со всей неприглядностью этого звериного действа. Корона, которую приходится с применением насилия завоевывать и путем насилия же удерживать, устраняя конкурентов и все более повергаясь в безумие, начинает тяготить. И здесь тоже вполне можно провести параллели с современностью, с неизбывностью темы узурпации власти. Сложнейший бытийный вопрос, во что верить, в судьбу или в свободу воли, в «Макбете» предельно заострен и решается наказанием за слепое следование двусмысленным предсказаниям ведьм. Но ведь и по-прежнему свободное следование благим целям или принятие разумных ответных мер приводит к непредсказуемым последствиям…


 

Автор: Светлана Кошлакова

Фото: kinopoisk.ru